Кто-то мчится ко мне, по всей территории раздаются крики, и я отдаленно понимаю, что они исходят от сыновей Виктора. Что-то обвивается вокруг моего
запястья, и меня затаскивают обратно в потайную дверь, прежде чем я успеваю коснуться ногами твердой земли.
Пульс гулко бьется в ушах, и, стараясь не отстать от парней, я понимаю, что сегодня та самая ночь, которой я так долго боялась.
Началась война.
34
— Блядь, блядь, блядь, блядь, блядь, блядь, — повторяю я, мчась за парнями в полном оцепенении, моя голова кружится от неизвестности, в то время как страх тяжело пульсирует в моих венах. Мы бежим обратно через столовую и мимо фойе, где Маркус на секунду останавливается, выглядывая в окно, чтобы проверить, сколько у нас времени.
— Максимум две минуты, — ругается он, отталкиваясь от стены, чтобы вернуться к брату. — Это будет чертовски скоро.
— Кто-нибудь видел моего ребенка? — Бросает Роман через плечо, когда Леви
проносится мимо него, чтобы распахнуть внутреннюю дверь гаража.
Леви качает головой, пока я пытаюсь вспомнить образ его отца, стоящего на холме.
— Я… Я не знаю, — торопливо говорю я, врываясь в гараж следом за мальчиками, не зная, куда идти и как я должна им помочь. — Я только на секунду посмотрела. Я… я не…
— КТО-НИБУДЬ ВИДЕЛ МОЕГО ГРЕБАНОГО РЕБЕНКА? — Роман рычит, прерывая меня в своем отчаянии.
— Я его не видел, брат, — говорит Маркус, подходя к большой металлической двери в задней части гаража, когда Леви прижимает ладонь к сканеру. — Но это не значит, что его здесь нет.
Зеленый лазер сканирует отпечатки пальцев Леви, прежде чем я слышу, как тяжелые засовы с лязгом открываются, предоставляя им доступ. Роман протягивает руку мимо Леви и хватается за металлическую дверь, прежде чем отодвинуть ее, чтобы показать ряды оружия. Парни, не теряя ни секунды, врываются в оружейную и хватают все, что попадается под руку. Автоматы висят у них за плечами, а пистолеты они засовывают сзади в штаны. С карманами, полными заряженных магазинов, и длинными кинжалами, торчащими из ножен на кобуре, они, кажется, готовы ко всему.
Я ошеломленно смотрю на это зрелище, отвратительно не соответствующее моему
уровню, но что мне остается делать? Либо сражаться, либо умереть, убегая. Невозможно спрятаться или забиться в угол. Пора применить на практике все, чему меня учили ребята, и надеяться, что мудаки, которых Джованни нанял для ведения своей войны, настолько глупы, насколько выглядят, потому что элемент неожиданности — единственное, что у меня есть, и эта неожиданность быстро испарится.
Потратив слишком много драгоценных секунд на разглядывание оружейной, я бегу вслед за парнями и, схватив кобуру, поспешно застегиваю ее вокруг бедер. Я хватаю пистолеты и засовываю их поглубже за пояс, прежде чем беру все ножи, которые могу найти.






