Вот только ее невозможно ограничить - я всегда, даже в самой жуткой ситуации, могу выбрать какой мне быть.
И я выбираю быть той, кто идет до конца. Любовь выбираю. Какая уж она есть. Если я-мы-дракон выбираем любовь, этот выбор невозможно отменить…
– Как тебя зовут?
– склоняется ко мне мужчина.
А ведь мы уже достигли земли. Удивительно. Принц стоит рядом, смотрет заинтересованно. Ему будто весело это приключение.
А я нервно хихикаю на этот вопрос. И в самом деле, после всего, что
между нами было…
– Марика.
– Я так понимаю, бесполезно предлагать тебе остаться здесь, пока мы с побратимом будем бороться с этим порождением Темноты?
– Борьба по одиночке в принципе бесполезна, - качаю головой, - Идем.
Тем более, что я знаю, что делать.
Ну может не точно… но смысл сейчас сомневаться?
В Сиянии мне на самом деле многое показали. И «правильные» королевства. И вот эту воду, которая льет и льет на меня, давно промочив насквозь. А ведь вода, если вспомнить, всегда способствовала обороту. Как и молнии… возле Пик именно такая молния помогла мне начать оборачиваться. И мои страхи тоже многое подсказывают…
Но главное, колдун сам сказал, что те, кто прошел Сияние - они дойдут до конца Пути.
Вот только это у него конец был весьма конкретным. Спасти принца - убить старого колдуна - помереть самому.
У меня вообще-то это планировалось началом. Ну за исключением его смерти.
Для меня пройти до конца Пути - это научиться оборачиваться по собственному желанию и услышать от Армази, что он меня любит. И все такое. Ну такое… правильно-семейное. Чтобы потом жить долго и счастливо.
Второй части еще не было!
А молнии есть. И мои осознания. И ощущение собственной силы.
Старый колдун не просто так хочет мощь дракона. Он хочет ее ради того, чтобы стать почти всесильным. А это значит что? Правильно.
Что драконы уже неимоверно сильны.
«Самые магические животные на свете».
Старый колдун хочет то, чем я уже обладаю. Способностью к обороту. И стать супер-магом. А я уже. И маг. И дракон, который успел услышать
и впитать много слов на древнем языке. Песней, что передаются из уст в уста, из сердца к сердцу, из магического огня к магическому огню…
И диктор, у которого отличная память и способность к воспроизведению.
– Ки-я!
– орет принц, врубаясь в самую гущу побоища. Там всего два колдуна- с шарами, оружием, светопредставлением, кровищей и взрытой землей. Как положено. Но чувство - что целая бойня.
– Убирайся!
– орет Армази, - Спасай себя и Марику - невозможно по-другому это все остановить, только как прекращением жизни!
Он выглядит кошмарно. Я еще поговорю с ним об этом. Кто ж так помирает? В фильмах до конца герои с укладкой держатся и запредельно-мужественным лицом.
Но это я так... нервяк.
Не знаю, что там с ним делали… но Армази в половину своего веса.






