Но и мой аппетит утолить было не сложно, так как размер желудка ограничен разгулом живущих где-то в той же области бабочек.
Я вожу сырником по стыку двух декоративных мазков – сметанного и джемового. Смочив – бросаю кусочек в рот. Жую и смотрю на сидящего напротив мужчину.
Между нами сейчас – ноль напряжения. Я не испытываю неловкости.
Сердце не обрывается и никуда не летит.
Мои скрещенные щиколотки устроены на его колене и он то и дело их поглаживает.
Все настолько хорошо, что даже не верится. Но и щипать себя желания нет.
Тарнавский смотрит в свое окно, я все так же на него.
На мой телефон недавно пришло сообщение от Смолина. Вечером он ждет меня на точке. Поеду ли – мы еще не обсудили. Выбор за мной. И, чувствуя его защиту, я колеблюсь. С одной стороны, хочу соскочить, устала. С другой... Я же изначально хотела ему помочь. И вот сейчас у меня будет реальный шанс. Так может..?
– Что у вас с Леной? – Привлекаю к себе мужское внимание, разрезая словами тишину. Слава разрешил мне задать все интересующие вопросы. И первый я ревниво «трачу» на то, что правда гложет.
Слава поворачивает голову ко мне и смотрит вполне спокойно. Не берусь гадать, ждал ли этого вопроса.
– Уже ничего.
Успевшее ускориться сердце потихоньку замедляется. Я приняла решение верить ему так же, как он поверил мне.
Сглатываю.
– Давно?
Кивает.
– Это правда, что у вас был только секс? – Возможно, наглею, лезя в отношения, которые меня не касались. Слава молчит дольше. Тянется ко лбу и трет его.
– Кто тебе сказал?
– Слухи, – он слегка улыбается.
– Юля и слухи. Мой любимый вид спорта. – После паузы вздыхает и отвечает уже серьезно: – Это чушь, Юля. Был не только секс, была симпатия, но увлеченность тобой мне мешала, а врать я не хотел и смысла
не видел.
Желудок, наполненный вкусной едой, сжимается. Расшатанные нервы реагируют сигналом для глаз. Они становятся влажными. Откладываю вилку и запрокидываю ненадолго голову.
Чувствую, как икры поглаживают теплые пальцы. Улыбаюсь.
Я знаю, что слезы ему не нравятся. Возможно, в принципе женские. Возможно, только мои. Стараюсь поскорее успокоиться. Возвращаюсь взглядом к нему. Склоняю голову к плечу и смотрю внимательно-внимательно.
Мы такие дураки, господи! Напридумали себе. Убедили друг друга в том, что ужасные. А на самом деле сердца-то чувствовали. Сердца не обманешь.
– Мне тоже мешала увлеченность тобой, – мое признание поднимает в карих глазах маленькую бурю. Я делаю это специально. Мы вдвоем знаем, что грань с другими я не переходила, но он все равно ревновал. А с ним… Уже трижды.
Помимо воли вспоминаю, как утром смотрела на мужскую макушку между собственных ног, и сжимаю бедра. Он меня всю зацеловал. Мне было очень-очень приятно. Так, что даже просто от воспоминаний низ живота тяжелеет.






