В газетных статьях, которые Алиса раскопали за прошлые годы, его оппоненты и недоброжелатели от души прошлись по тому факту, что, какое сын парикмахера получил образование «неясно». А сторонники отвечали «злопыхателям, что он в основном был самоучкой, и это только показывает, насколько гениален сэр Эдвард Бертеншоу Сагден. Третьи — нейтральные авторы статей утверждали, что барон Сент-Леонардс посещал частную школу. В правительстве лорда Дерби в этом году сэр Сагден стал верховным Лордом-канцлером Великобритании (англ. Lord High Chancellor of Great Britain) и был возведен в звание пэра, как барон Сент-Леонардс из Слауэма в графстве Сассекс. Ну, чем не 'сбыча американской мечты», из сыновей парикмахера в лорды-канцлеры и пэры — бароны. Если что, то Лорд-канцлер это тот самый товарищ, что сидит на мешке с шерстью (the Woolsack).
Этот обычай вышел из средних веков, когда Англия была главным экспортёром шерсти и шерстяных изделий в Западную Европу и считалась ведущим производителем как по качеству, так и по количеству материала. А ещё он является хранителем королевской печати.
Жил новоявленный барон скромно, замков не имел и огромных домов в Лондоне тоже. У него был небольшой двухэтажный дом в Вестминстере. И «на работу» он ездил в скромной пролётке, которая ночами стояла в малюсеньком каретном сарае, куда с трудом вмещалась.
План был многоходовый и первая его часть заключалась в том, чтобы вынудить сэр Сагдена отказаться в этот день от пользования своей пролёткой и нанять «первый попавшийся» кэб.
Ночью Мончаг с Монголом подъехали почти к самому дому Лорда-канцлера и убедившись, что все спят, проникли в каретник и измазали изнутри пролётку свиным навозом, но так, чтобы этого видно не было. Нужен был только запах. Измазали, и растворились в ночи.
Утром кучер стал запрягать лошадь и ничего предосудительного не заметил, подал он к крыльцу экипаж, выходит пэр и садится в пролётку. А там запашок. Ну, как запашок, кто свиное дерьмо нюхал тот запашком это не назовёт. Нос лорд зажал выхватил у кучера плётку и избил его. А потом велел поймать ему приличный кэб.
Побитый товарищ оглядел улицу, а там как раз новенький кэб трусит в поисках пассажиров.
— Эй, подь сюды.
Через три минуты, как только дом лорда-канцлера скрылся за поворотом, Мончаг остановил лошадь, в пролётку заскочил Монгол, сунул в глаз сына парикмахера заточенную ручку расчёски и оставил его там. Придержал бьющегося в агонии сэра Сагдена, положил ему на грудь бумажку с надписью «ИРА» и свистнул легонько Мончагу. Кэб проехал ещё немного, пока Монгол не убедился, что барон мёртв, и оба «ирландца» сошли, оставив кэб всего в паре метров
от полицейского участка.
Глава 21
Событие пятьдесят восьмое
Трус не будет героем, а маменькин сыночек — китобоем.






