ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Фрегаты под красным флагом бороздят просторы мирового океана. Сашка начинает войну против Англии. Перепадет и остальным хищникам. Ветер Шопперт Андрей Готлибович Фрегаты под красным флагом бороздят просторы мирового океана. Сашка начинает войну против Англии. Перепадет и остальным хищникам. Annotation Фрегаты под красным флагом бороздят просторы мирового океана. Сашка начинает войну против Англии. Перепадет и остальным хищникам. Дурень. Книга четвёртая. Ветер Глава 1 Событие первое Событие второе Событие третье Глава 2 Событие четвёртое Событие пятое Событие шестое Глава 3 Событие седьмое Событие восьмое Событие девятое Глава 4 Событие десятое Событие одиннадцатое Событие двенадцатое Глава 5 Событие тринадцатое Событие четырнадцатое Событие пятнадцатое Глава 6 Событие шестнадцатое Событие семнадцатое Глава 7 Событие восемнадцатое Событие девятнадцатое Событие двадцатое Глава 8 Событие двадцать первое Событие двадцать второе Событие двадцать третье Глава 9 Событие двадцать четвёртое Событие двадцать пятое Событие двадцать шестое Глава 10 Событие двадцать седьмое Событие двадцать восьмое Событие двадцать девятое Глава 11 Событие тридцатое Событие тридцать первое Событие тридцать второе Глава 12 Событие тридцать третье Событие тридцать четвёртое Событие тридцать пятое Глава 13 Событие тридцать шестое Событие тридцать седьмое Глава 14 Событие тридцать восьмое Событие тридцать девятое Событие сороковое Глава 15 Событие сорок первое Событие сорок второе Событие сорок третье Глава 1

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Больше всего его удивляло, то, что вроде никто не подчинялся молодому капитану, все сами себе командиры, а на деле всё не так, на корабле чистота и порядок, никто не бьёт матросов, а они старательно и быстро выполняют приказы. Русские артиллеристы, что сели в Кронштадте и, правда, все оказались офицерами, сто офицеров артиллеристов сели на корабль и не матросов стали заставлять орудиями заниматься, а сами всё делали. И без криков, ругани, угроз и мата.

На что способны десять русских стрелков Ирби уже видел, теперь посмотрел на что способны двадцать. Едва расстояние до «Inflexible» сократилось до трёх кабельтовых, как с левого борта грянул залп. Весь борт окутался дымом. Пули ещё летели в свои цели, а стрелки, «снайпера», как они себя называли, уже перезаряжали свои длинные ружья. Бабах, и борт снова окутался дымом, теперь начали валиться люди на «Миранде». Бабах. Опять залп по «Негибкому», бабах, снова по «Миранде».

Тадах. Его 'Аретуза" вздрогнула. Это послали бомбы в пароходофрегат четырнадцать орудий нижней палубы и с промежутком в десяток

секунд, чтобы дым хоть немного рассеялся, семь орудий с квартердека и четыре орудия с бака. Тадах.

— Прекратить огонь! — раздалось в тот самый момент, когда уже грянул второй залп с нижней палубы, и вновь готовилась выстрелить верхняя.

На обоих кораблях махали рубахами белыми привязанными к банникам. Сдавались британцы.

— Владимир Фёдорович, вы уверены? — Князь Николай Болоховский, разгорячённый боем, подбежал к капитан-лейтенанту, — Куда вы собираетесь пленных девать? Их в сумме человек шестьсот на двух кораблях, да даже если пятьсот. Пусть сто мы убили, куда вы денете четыреста с лишним пленных. Отпустите в Англию и разрушите всё дело отца? Может добьём пока не поздно?

— Остановитесь, капитан. Я по сдающимся стрелять не буду. А что с ними делать, после решим, сейчас нужно заняться, ранеными на обоих кораблях и организовать разоружение команд и кораблей. Орудия с «Негибкого» нужно перебросить на «Аретузу», часть команды на «Миранду» и постараться всё это сделать побыстрее. Повезло, что море пустынное, и нас никто не видел. Вот попадётся нам какой купец сейчас или чужой военный корабль, вот тогда точно инкогнито «Аретузы» будут раскрыто. Поручаю вам, господин капитан, перегрузку орудий с подранка. Он с трудом держится на плаву, в любой момент может перевернуться. Не теряйте времени. Там, на квартердеке «Inflexible» два лучших в мире орудия.

Глава 9

Событие двадцать четвёртое

Я никогда сам не открываю своих тайн, а ужасно люблю, чтоб их отгадывали, потому что таким образом я всегда могу при случае от них отпереться.

Михаил Юрьевич Лермонтов

В кабинете было прохладно. Генри Джон Темпл 3-й виконт Палмерстон (англ. Henry Temple, 3rd Viscount of Palmerston) не любил жары.