ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бывшие, Автор - Никос Алекса, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Бывшие Никос Алекса Бывшие, Автор - Никос Алекса, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Глава 1 Денис — Ваш кофе, Денис Игоревич, — мурлычет Даша, ставя передо мной чашку чёрного крепкого кофе, и, словно невзначай, касается моего плеча грудью в глубоком декольте, — Желаете что-нибудь ещё? Осматриваю платиновую блондинку с ног до головы, хороша, похожа на куклу Барби в лучшем её исполнении. Такие же голубые, наивно распахнутые глаза в обрамлении чёрных ресниц, пухлые губы, высокая грудь, тонкая талия и длинные стройные ноги. Прекрасно понимаю, что именно она мне предлагает, даже уже успеваю представить, как разложу её прямо перед собой на столе, намотаю на кулак длинные высветленные волосы и резко войду сзади, вдалбливаясь в красивое тело. Фантазия разбушевалась не на шутку, уже фантазирую, как хрипло она будет стонать подо мной и кричать «ещё!». Или как она встанет на колени, своими пухлыми губами обхватит мой член и вздрогнет, когда я всажу ей его в самую глотку. «Так, Ден, стоп, хватит. С такими глупыми куклами слишком много проблем, тем более — никаких перепихонов на работе». Незаметно поправляю брюки, которые от разыгравшихся фантазий становятся тесными. — Нет, Дарья, благодарю, можете быть свободны. Максим Андреевич уже на месте? — Да, пришёл полчаса наза

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я знаю, как томно и порочно она умеет стонать в постели, умоляя не останавливаться, как жмурится перед оргазмом, как невинность и непорочность девственницы сочетается в ней с раскованностью элитной проститутки, помню то ощущение, когда она прижимается во сне, словно маленький хрупкий котёнок, ищущий защиты. Как её глаза темнеют, когда она злится, каким нежным румянцем заливаются щёчки, когда смущается, как она капризничает, когда болеет и как светится её лицо, когда она счастлива.

Ульяна… Уля… Мой Улёныш. Моя маленькая девочка. Ласковый котёнок, сумевший покорить грозного волкодава. Прошло пять лет, я переехал из нашего уютного города в столицу, много работал и разнообразно трахался, чтобы вытравить из себя воспоминания об этой женщине. Но так и не смог забыть.

Парочка перед моими глазами так занята друг другом, что не обращает никакого внимания на моё бесцеремонное вторжение. Я с жадностью слежу, как тонкие длинные пальцы бережно массируют голову моего партнёра, как глубоко и ровно он дышит, слегка поглаживая руками спину Ули. Мне хочется кричать, чтобы убрал свои руки от моей девочки, драться с ним за возможность вот так прикасаться к ней. А её просто закинуть на плечо и уволочь к себе в квартиру, где долго и сладко любить, выбивая признание, что тоже не забыла, что была глупая, оставив меня тогда. За пять лет я столько раз нашел оправдания ее предательству, столько раз прокручивал, что именно бы ей сказал, если бы она сама призналась в измене, что сам себя успел верить,

что всё произошедшее было не по её воле. Но сейчас есть только одна проблема: она теперь не моя девочка, она — жена Макса. Я не имею на неё никаких прав, все оправдания, что я напридумывал за прошедшие годы рушатся под гнётом действительности: она сама сделала этот выбор. И выбор был не в мою пользу. Сжимаю кулаки и делаю рваный вдох, чтобы успокоиться и слегка прийти в себя. Красная пелена перед глазами блекнет, а я слегка покашливаю, обозначая своё присутствие. Макс тут же открывает глаза и смотрит на меня на осоловевшим взором. В тишине мы с минуту пялилимся друг на друга:

— Извините, забыл постучать. Макс, там Саврасов правки по заказу прислал. Надо бы обсудить.

Я замечаю, что Улёныш вздрагивает, её спина напрягается, по телу пробегает дрожь. Её руки перемещаются на плечи мужа и сильно сжимают их. Макс словно только приходит в себя, его взгляд становится наконец осмысленным:

— Чёрт, да, конечно. Извини, мы слегка увлеклись.

Его лукавая улыбка и счастливое выражение лица говорят сами за себя, чем они тут увлекались, пока я не нарушил их уединение.