Она просто хочет стабильности и лучшей жизни для Ады, — сказал я. — Она никогда не ожидала, что станет мамой так рано, и я знаю, что она очень беспокоится о том, чтобы всё не испортить. Видит Бог, её собственные родители не лучший пример. Хотя они прилагают усилия с Адой.
— Мм.
— Но вы не можете винить Джейн за то, что она хорошая мать и ставит своего ребёнка на первое место, — продолжил я. — Решит ли она, что лучше — здесь или на юге, я думаю, посмотрим.
— Вполне справедливо, — он хлопнул меня по спине так сильно, что чуть не сбил с сиденья. Ублюдок. — Да ну нахрен. Я буду скучать по тебе, если ты уедешь, чувак.
— Ты что, будешь плакать?
— Заткнись.
— Потому что я думаю, что заплачу, если ты это сделаешь. Это будет красиво.
Он меня проигнорировал.
Мы оба некоторое время
молча наблюдали за тем, как идиот за барной стойкой испортил ещё несколько коктейлей. Иисус, он был некомпетентен. Мои пальцы чесались от желания перепрыгнуть через барную стойку и взять на себя ответственность. Научите его, за чем дело стало, или увольте его: тут либо одно, либо другое.
— Всё сработает, — сказал я, желая, чтобы так и было. — Думаю, она скоро примет решение. Тогда мы узнаем, к чему всё идёт. Ага.
Джо только кивнул.
Чёрт, надеюсь, Джейн скоро решится. Неизвестность сводила меня с ума.
— Ты собираешься рассказать Лидии и Нелл об этом визите? — спросил Джо.
— Да, я думаю, что должен быть честным с ними. После всего, что мы сделали, чтобы собрать «Дайв Бар» воедино. Они заслуживают того, чтобы знать.
— Держу пари, что ты не расскажешь об этом своей девушке, — он взял пару орехов, подбросил их в воздух и поймал ртом. — Ты не хочешь оказывать на неё давление.
Я нахмурился.
— В чём твоя проблема?
— Не знаю, — он пожал плечами. — Кажется, если между вами всё так хорошо, не думаешь ли ты, что должен дать ей знать, к чему ты пришёл?
Я промолчал.
— Когда нам с Алекс нужно что-то решить, мы решаем вместе.
— Ты забываешь, что я не биологический отец Ады, — сказал я. — Юридически я Аде никто. Я не могу принять это решение за них.
Джо только поднял брови.
— И что это должно означать?
— Боюсь, что, если ты не поговоришь с ней обо всём этом,
не поставишь это на карту, однажды ты можешь пожалеть, — пояснил он. — Вот и всё. И у неё не будет ни малейшего понятия, потому что ты никогда не говорил с ней об этом. Насколько она знает, ты же рад сорваться и переехать хоть завтра, верно?
— У неё и так хватает забот. Я не хочу её напрягать.
— Что, ты думаешь, она прогонит тебя или что-то в этом роде за то, что у тебя есть своё мнение?
— Нет.
Он даже не остановился.
— Потому что я видел, как эта женщина смотрит на тебя. Да с первого дня, когда она появилась в городе, вы двое вели себя глупо по отношению друг к другу, каждый по-своему.
Я выругался, но на самом деле было приятно это слышать.






