Но по какой-то причине решаю игнорировать предупреждающие знаки о том, что этот парень не для меня, и прислоняюсь к Мистеру Высокому, Темному и Красавчику.
Возможно, Эверли права.
Возможно, пришло время отпустить ситуацию.
Истон
Линди, возможно, и танцует с кем-то еще, но при этом она наблюдает за мной. И что, черт возьми, это говорит обо мне, если чувствую, что готов сорваться?
С каждым движением ее задницы, струны невидимой линии, которую я отказывался пересекать чертовы годы, натягиваются все туже. Каждый раз, когда она позволяет ему прикасаться к себе, другая нить рвется.
— Какого черта она делает? — я рычу, и Мэддокс Беневенти отрывает голову от шеи своей девушки. Он наблюдает, как я выпиваю остатки виски, и отслеживает, на что я смотрю.
Этот придурок трется о задницу Линди, но она, кажется, не возражает. Ее стеклянные глаза закрыты, а его руки бродят по ее телу. Руки, которым там не место. Руки, от которых мне хочется оставить чертовы кровавые обрубки.
— Чак здесь. С Линди все будет в порядке, — говорит мне Мэддокс, когда ставлю стакан обратно.
Он снимает девушку с колен и протягивает ей сотню.
— Как насчет того, чтобы принести нам еще одну порцию, детка?
Ее глаза загораются, как будто она только что сорвала гребаный джекпот.
— Хорошо, — визжит девушка, и я рад, что она с ним, а не со мной.
— Зовешь ее
деткой
, потому что не знаешь ее имени, сумасшедший?
— Возможно стоит притормозить, чувак. Тебе плевать, это видно.
— О чем ты говоришь, чувак? — я знаю Мэддокса чертовски долгое время. С тех пор, как знаю Линди и Кингстонов. Но он моложе меня, и мы не тусуемся вместе, заплетая друг другу волосы. Он всегда был дерзким ублюдком. Но когда твой отец управляет мафией в Филадельфии, я думаю, именно такое и следует ожидать.
Он наливает остатки «Макаллена» в два стакана, один протягивает мне, а другой проглатывает сам.
— Я говорю о том, как ты смотришь на Линди, придурок. Я говорю о том, как ты
следил
за ней с тех пор, как она была ребенком. Поскольку мы все были детьми, включая тебя. Возможно, она слепа, но я нет. И судя по тому, как ты выглядишь, будто в десяти секундах от того, чтобы убить чувака, с которым она танцует, я думаю, ты тоже не слепой.
Я снова смотрю на нее и сжимаю гребаные зубы, когда ее голова падает
на плечо этого придурка.
Чувак, легче игнорировать эту чертову ситуацию между нами, когда она находится на другом конце страны и живет своей жизнью, а я здесь и живу своей.
К черту все.
Я швыряю стакан на стол и отталкиваюсь от стула.
— Будь осторожен, чувак, — предупреждает Мэддокс. — Она еще ребенок, и вся чертова семья до сих пор считает ее такой.
— Думаю, это чертовски хорошо, что я не являюсь частью твоей семьи.
Ублюдок откидывается на спинку дивана и улыбается.
К черту его и к черту это.






