Потому что я уверена, что вчера вечером ей не хватило, когда она выходила замуж за Истона в грязной часовне в Лас-Вегасе, — насмехается Скарлет и вырывает бутылку из рук Ленни, а затем нацеливается на меня. — Если бы ты хотя бы предупредила меня, я могла бы заявить об этом прессе. Разве мы тебя ничему не научили?
— Прессе? —
скриплю зубами. Затем я думаю о статьях «
Филадельфия Пресс»
и «ESPN», которые видела ранее. Черт. Если их уже две, то обязательно будут еще.
— Да, Мэдлин, — рявкает мама, как один из тех драконов из
«Игры престолов»
, прежде чем тот открывает пасть и одним огненным вздохом уничтожает целый город. —
Пресса
. Ты одна из самых богатых наследниц во всей стране. Золотой призер Олимпийских игр. Сколько у тебя миллионов подписчиков в социальных сетях? Думала, что пресса не заметит, когда выйдешь замуж за мальчика, который спас тебе жизнь? Который является одним из лучших вратарей во всей хоккейной лиге и чье присутствие в социальных сетях может соперничать с твоим?
Ленни пьет вино.
— Может быть, если бы Эверли не опубликовала фотографию…
— Может быть, если бы эта дурацкая
колонка в «Хрониках Кройдона» не была одержима всей вашей семьей… — Джульетта добавляет.
— Или, может быть, если бы ты вела себя как взрослая, а не как безрассудный и безответственный ребенок, — мама пристально смотрит на меня.
— Знаешь что? — я медленно встаю, пытаясь скрыть быстро уходящую уверенность. Я должна сказать им, чтобы они отстали. Что мне двадцать три, и я никогда не давала им повода не доверять мне или моему суждению. Напомнить им, что это Истон, и он никогда не сделает мне ничего плохого. Но я не могу.
Хотя, думаю, мне самой было необходимо последнее напоминание.
На какую-то долю секунду я думаю о том, чтобы сказать им всем заткнуться.
Но это ничего не исправит.
Моя семья не знает, как молчать.
Я даже не уверена, что мне от этого станет лучше.
Вместо этого решаю поджать хвост и вести себя как их версия взрослого, которым они хотят, чтобы я была.
— Мне жаль, что я подвела тебя. Я поговорю с Истоном, и мы разберемся с этим.
Я собираюсь выйти из кухни, но останавливаюсь, не оборачиваясь,
когда мама зовет меня по имени.
— Как ты думаешь, куда ты идешь?
— Поцеловать на прощание Брэндона и Рейвен и обнять свою собаку. Я измождена.
— Ты просто собираешься уйти? — тон мамы сегодня впервые дрожит, и мне почти жаль, через что ей пришлось пройти.
Почти
. Но я этого не делаю. Потому что это моя жизнь. И ни один человек в этой комнате не удосужился спросить хотела ли я выйти замуж за Истона Хейса.
Никто не спросил люблю ли я его или любит ли он меня.
Они все просто решили, что я пьяная идиотка.
Что, окей, возможно, так оно и было.
Но всю жизнь я была хорошей девочкой. Умной девочкой.






