Проклят видеть, как она уходит от меня. Вечность проходит в одно мгновение. Она ушла. Она моя, но больше не со мной. Я потерял её. Навсегда.
Глава 2
Смех. Шум. Чужие лица. Звон бокалов. Я не слышу
ничего. Я не чувствую ничего. Я как будто спрятана в коконе в вате. Всё словно в тумане. Как будто я на сцене, а вокруг меня актёры, играющие пьесу. Пьесу, в которой я не хочу участвовать. Пьесу, где я играю роль невесты. Роль, которую я не выбирала.
Рафаэль держит меня за руку. Его пальцы крепко сжимают мои, как наручники. Как цепи. Слишком сильно. Слишком властно. Я пытаюсь улыбнуться, потому что все смотрят на меня. Но моя улыбка натянутая, фальшивая, как маска. Я не могу дышать. Внутри всё сжимается. Я чувствую, как стены зала давят на меня. Как потолок становится всё ниже и ниже. Я задыхаюсь. А он улыбается, он счастлив. Конечно, он счастлив. Он получил то, что хотел. Получил меня. Но я не принадлежу ему. Никогда не принадлежала. И никогда не буду принадлежать. Моё сердце кричит, рвётся, рвётся к нему. К Чезаре. Боже… это навсегда, этот проклятый брак, этот Рафаэль, который будет лезть ко мне и предъявлять свои права. Я же убью себя. Я не дам ему к себе прикоснуться.
После поцелуя Чезаре…после его рук на моем теле, после того как он ТАК смотрел на меня.
Я знаю, что он здесь. Я чувствую его присутствие. Как тень, как призрак. Его глаза пожирают меня из темноты. Я знаю, он видит меня. Видит, как я страдаю. Видит, как моё сердце рвётся на части. Он чувствует это. Я уверена. Его боль — моя боль. Наш грех.
Рита появляется рядом с дьявольской улыбкой. Её голос — как яд, её слова — как иглы, вонзающиеся в моё сердце.
Она поздравляет меня, но в её глазах — злоба, зависть.
– Теперь ты с Рафаэлем навсегда…Ты никогда не уйдешь от него…Вы венчаны. Все. Ты теперь его. И свободной никогда не будешь!
И она права…Я знаю, что она права. Только я ее за это сейчас ненавижу. Так ненавижу, что кажется от этой ненависти у меня трещат кости.
— Ты наконец-то получила своё, Анжелика, — шепчет она мне на ухо, её голос как сладкий яд. — Точно так, как хотела наша мать. Как она об этом мечтала. Ты ей угодила. Смотри какая она счастливая, принимает поздравления от гостей, улыбается.
Я сжимаю губы, чтобы не закричать. Чтобы не разрыдаться прямо здесь, на глазах у всех. Я не могу позволить ей видеть, как я ломаюсь. Но её слова, они как ножи, как ржавые лезвия. Режут глубоко, оставляют раны, которые никогда не заживут.
— Что тебе нужно, Рита? — шепчу я, стараясь не показать, как её слова меня задевают. — Почему ты здесь со своими фальшивыми поздравлениями?
— Мне? Ничего, — её
улыбка становится ещё шире. — Просто хочу посмотреть, как ты пытаешься притворяться, что счастлива. Это так смешно. Ты как актриса, Анжелика. Но знаешь, что самое смешное? Ты даже очень паршивая актриса.






