Делю поступающий поток пси на три части. Одну направляю в кристалл. Другую — на постоянное поддержание «предчувствия» и «скрыта». Этому потоку даже присваиваю отдельную точку внимания. Через некоторое время эта часть разума станет бессознательной, и тогда можно будет точку освободить, а пока чуть понижу свою наблюдательность и интеллект. Все равно на ближайший месяц это не критично.
А вот третьей частью начинаю напитывать свой внутренний мир. Что бы пси здесь даже в пространстве было. А косвенно, этот же поток будет пронизывать и тело. Что когда-нибудь, очень не скоро, приведет к интересным последствиям. Вроде того, что смогу в усилии выплеснуть максимально возможный потенциал тела. Высоко прыгнуть, быстро рвануть, удивив соперников, да просто мобиль перевернуть только за счет силы мышц, и без последствий для связок и костей. Это не надолго, конечно, но иногда такой финт может спасти жизнь.
Убеждаюсь, что ничего не забыл. Вдох-выдох. Просыпаюсь.
И просыпаюсь не в позе, которой уходил в себя. Не на неудобной лавке карцера. Нет. Судя по запаху, просыпаюсь в больничке.
«Предчувствие» молчит. Тревоги нет. Открываю глаза.
Меня действительно окружает больничная палата. В руки воткнуты две капельницы. А сам я лежу выпрямленным на кровати. Хмыкаю про себя. Чтобы распрямить тело из состояния, когда разум занят внутренним — это надо постараться*. Это физически тяжело. Но справились, и ничего не сломали.
За окном день, или утро, пока не понятно. Осматриваюсь. Вокруг никого
нет, и это довольно странно. Переговорника, что бы кого позвать тоже не наблюдаю. А нет, вижу пару серебристых нитей. Похоже — сторожки, и их задел. Так что скорее всего кто-то сейчас сюда идет.
Проходит буквально пара минут и заходит Савва. С красными глазами, уставший донельзя.
— Знаешь, — говорит целитель. И сейчас он значительно более разговорчив. — Я вот персонально тебя теперь запомнил, имей ввиду. Вот я тебя вижу второй раз, и второй раз я выкладываюсь на полную. Не, было бы это раз в месяц, или раз в неделю — я б только спасибо сказал, но не каждый же день!
— Третий, — говорю.
— Что?! — не понимает парень. Савве реально лет двадцать пять, не больше. А может и меньше.
— Третий раз видишь, — уточняю. — Два раза в лицее, и раз в городе.
— А, да. ты ж вчера от Моисеича приходил. — вспоминает. — Точно! Ну три, ладно. Но и вчера наша встреча для меня была мало приятна. Так что я тебя запомнил.
— Ну, извини. Я в лицее третий день, а меня уже два раза хотели убить, ну или что-то около того. Не находишь, что это тоже выбивается из нормального? — хмыкаю. Получается, что прошло на самом деле около десяти часов. Савва был в ночной смене и его не сменили. Да и говорит он про вчера. Нормально.
— Меня это не касается. Вон с Импом на эту тему говори.






