ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я - псион, и я родом не отсюда. Это единственное, что знаю точно. Но… какая Магия? Что за Российская Империя? Какие аристо и дирижабли? И где мои способности?! Ладно, этот путь я уже проходил. Пройду и ещё. Тварей нет - торопиться некуда. Знаю, прожить новую жизнь смогу не войной. Может и повеселюсь в процессе. Уверен — весело будет не только мне. Чужак Листратов Валерий Я - псион, и я родом не отсюда. Это единственное, что знаю точно. Но… какая Магия? Что за Российская Империя? Какие аристо и дирижабли? И где мои способности?! Ладно, этот путь я уже проходил. Пройду и ещё. Тварей нет - торопиться некуда. Знаю, прожить новую жизнь смогу не войной. Может и повеселюсь в процессе. Уверен — весело будет не только мне. Annotation Я - псион, и я родом не отсюда. Это единственное, что знаю точно. Но… какая Магия? Что за Российская Империя? Какие аристо и дирижабли? И где мои способности?! Ладно, этот путь я уже проходил. Пройду и ещё. Тварей нет - торопиться некуда. Знаю, прожить новую жизнь смогу не войной. Может и повеселюсь в процессе. Уверен — весело будет не только мне. Ушедший Род. Книга 1: Чужак. Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16 Глава 17 Глава 18 Глава 19 Глава 20 Глава 21 Глава 22 Глава 23 Глава 24 Глава 25 Глава 26 Глава 27 Глава 28 Глава 29 Ушедший Род. Книга 1: Чужак. Глава 1 — Чего мнешься? Голову ему режь. Быстрее давай! — резко произносит первый голос. Да ну, к черту!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как я понял, возможности местной школы на аспекте-щупах завязаны, а вот нашей — на отражении разумов в т-поле. Разные подходы похоже. А вот если почувствует — то не все не так просто.

Ну, давай же, ближе подходи.

Немного отвлекаюсь

на Кленова, и чуть было не пропускаю появление Лютого. А это стало бы ошибкой.

На секунду, словно суета рядом с полигоном замирает. И причина затишья направляется прямо к нам.

Широким шагом к нам приближается резкий дядька небольшого роста. Сразу же бросается в глаза рыжий цвет его волос и отсутствие лица. Ну, как отсутствие — глаза, нос и рот почти на месте, но половина лица напоминает сморщенную кожуру апельсина. Вряд ли он получил такую сеть шрамов с ожогом во время дружеской беседы.

Случайно ловлю его взгляд. Почти бесцветные глаза кажутся даже злобными, но нет, чувствую отголосок фона от мужика. Неприязнь — да, но не злоба. Словно этого вояку против его воли закинули в ясли к грудничкам и заставили делать все эти неприятные вещи вроде смены подгузников. Лютый скорее перманентно раздражен, нежели зол.

Парой взглядов оценив обстановку, останавливает глаза на мне.

—

Вперед, бегом, — ровно, не повышая голоса, приказывает инструктор.

— Сколько кругов? — спрашивает Первак перенося внимание Лютого на себя.

— Я что-то разве говорил про круги? Вперед беги пацан, — и так же безразлично продолжает, — вот для стимуляции процесса мысли. — Мгновенно выдает тонкую и слабую молнию пониже спины Перваку.

Одногруппник подпрыгивает, и тут же все забывает, что я ему только что говорил. Качаю головой и ровно начинаю бежать за ним. Раз-два-три, цикл. Раз-два-три…

Метров через пятьдесят нагоняю, уже начинающего сдавать рано парня.

— Вспо-ми-най, — раз-два-три. Не сбиваюсь сам. Говорю на выдохе. Ровно. — Что я те-бе го-во-рил. Выдох.

Первак собирается и неумело подстраивается под мой ритм. Сзади шибает легким удивлением, и немного удовлетворением.

Раз-два-три. Час. Раз-два-три. Второй.

Бежим вокруг полигона. Говорить Перваку перехотелось еще на первых десятках метров, так что бежим, концентрируясь только на ногах. Второй час. Мы оба к последнему издыханию приходим уже раз пять. Но пока не падаем.

Пройтись Лютый дает, и на каждый круг мы быстро идем примерно четверть. Но остановиться — нет. Тут же прилетает молния.

Тело к таким нагрузками непривычное и готово уже отказать прямо вот здесь. Но то ли находим новые силы, то ли молнии сзади их помогают найти.

Зрение уже давно туннельное, и видит только гравийную дорожку вокруг полигона. Все остальное теряет свою значимость еще молнии три назад. Есть только бег. Раз-два-три.

Когда падает Первак, я этого сразу не замечаю. И по инерции делаю пяток шагов вперед. Потом разворачиваюсь. Сначала даже не соображаю ничего.

Лютый бежит в десятке метров, даже без отдышки.