Он размашисто взмахнул булавой, обрушивая ее на голову ГРОТа, но голем внезапно как-то удлинил руки и поднял их, заблокированные вверх, принимая удар на рапиру Оли.
Громко звякнуло, Оля вскрикнула, когда рапиру чуть не вырвало от удара у нее из рук, а ГРОТ шагнул вперед, толкая студентов и заставляя их упасть на задницы.
Я наблюдал за действиями голема, и с каждой секундой во мне все больше и больше росло подозрение, что здесь что-то нечисто. Голем не просто двигался не как робот, он явно мыслил не как робот… Если про него вообще можно сказать, что он мыслит. На одну и ту же атаку он отвечал разными способами, причем зачастую это не зависело от его позиции или расположения противников. Он просто делал так, а не иначе, потому что ему в данный момент хотелось делать так, а не иначе.
Но он же голем. Ему не может хотеться. Ему не должно хотеться.
Элементоманты атаковали ГРОТа
в открытую, уже не пытаясь обойти или применить какую-то другую тактическую хитрость. Они думали, что так они повысят эффективность своей группы, но на самом деле они лишь больше мешали друг другу. То и дело молодецкий замах для мощного удара попадал в своего, а стремительный выпад заканчивался падением на траву из-за другого союзника, что невовремя полез под ноги. Стихийники изо всех сил пытались добраться до ГРОТа и нанести ему хоть один удар не по рукам, которыми он успешно блокировался, а хотя бы по корпусу, но сил этих явно не хватало с самого начала. А сейчас студенты еще и начали уставать, и промежутки между атаками становились все больше и больше. Студенты просто пытались отдышаться, чтобы попытать счастья еще раз.
В перерывах между атаками ГРОТ застывал неподвижной статуей, и лишь башка его крутилась, как у совы, сканируя противников и давая возможность себя рассмотреть. В мелких переплетениях трубок и проводов в конечностях ничего невозможно было разобрать, само тело интереса не представляло — это просто был кусок красной меди. А вот голова — это было интересно. Она была устроена по принципу танковой башни, и, пожалуй, была самой уязвимой частью голема… Но попробуй еще достань до нее, когда он на голову выше!
Один из стихийников после очередного удара внезапно отлетел от ГРОТа, причем голем даже не пошевелился ради этого. Просто ярко вспыхнуло голубым, словно сработало какое-то защитное поле, и студента отшвырнуло так сильно, что он перевернулся через себя раз пять, прежде чем
остановился. Это было даже мощнее, чем отшвыривал сам ГРОТ!
— Живой? — спокойно спросила у него Литова, и, дождавшись утвердительного кивка, снова перевела взгляд на ГРОТа. — Я же говорила, что он считает ваши удары. Не надо было мухлевать!
— Я не мухлевал! — пробубнул студент, поднимаясь с травы.






