— Умный мальчик! — довольно протянула она. — И зачем ты здесь, если не будешь ничего спрашивать?
— Я думал, вы мне расскажете, зачем пригласили меня!
И услышал в ответ легкий, словно перезвон колокольчиков, смех.
— Действительно, умный. И вправду, я пригласила тебя. О, вижу, ты по-прежнему играешь в осторожность. Это похвально, но сейчас не к месту. Сегодня спрашивай, что хочешь, и если ответ не будет для тебя бесплатным, я назову тебе цену и ты решишь. Устраивает?
— Да, жрица, — кивнул я.
— Отлично. Да будет так! — произнесла она, и глаза ее полыхнули,
показывая, что договор заключён.
— Итак! — протянула Керия. — Скажи, ты знаешь, чем занимаются подобные мне?
— Только в общих чертах. Вы путешествуете по миру, наблюдаете за ним, но практически не вмешиваетесь в его дела.
— А зачем мы это делаем?
— Вы проводите политику своих богов?
— О, нет-нет, — покачала она головой. — Интересы, политика — всё это не имеет для нас никакого смысла.
— Зачем же тогда? — задал я вопрос, к которому меня подталкивали.
— Для сохранения текущего миропорядка. Иногда, в силу самых разных причин, у того или иного бога оказывается под рукой, в зоне его, скажем так, ответственности, ситуация, которая может сильно изменить мир. По-настоящему сильно. И тогда на место отправляется эмиссар.
Она замолчала, а я стоял с резко пересохшим горлом и пытался унять мечущиеся в панике мысли, среди которых самым частым было "бежать!". Не побежал я не от великой смелости и не от победы воли над телесной слабостью, а просто от осознания бессмысленности данного действа.
— Пей! — щелкнула пальцами жрица, и в мою сторону полетел тонкой работы серебряный кубок. Едва поймав его и залпом выпив половину, я все же смог унять дрожь и немного взять себя в руки.
— Что теперь? — спросил я.
— О, это глобальный вопрос! — отсалютовала она мне неизвестно когда и как появившимся у нее в руках братом-близнецом кубка, что держал в руках я. — Уважаю. Цена — родная кровь.
— Кххкхм… — смог не выплюнуть вино я, глядя на наблюдавшую с неподдельным весельем за мной
Керию. — Переформулирую. Что ты теперь со мной сделаешь?
— Ничего, — пожала та плечами. — Зачем мне что-то с тобой делать?
Я уж было открыл рот, чтобы ответить, и, подумав, закрыл. Серьезно? Я собирался сказать Ашх-Ралинэ, что я опасен для мира? Может, что-то в вине? Я с подозрением покосился на содержимое образчика работы явно старых мастеров. От всех этих метаний меня отвлёк прозвучавший с откровенными смешинками голосок Керии:
— Ты, конечно, мастер пантомимы, но успокойся уже, — улыбнулась она, — и присядь. Я расскажу тебе о причине своего приглашения.
— Как уже было сказано, именно в вашем графстве произойдут или не произойдут, — улыбнулась она, — события, что стали причиной моего появления. И нет, не беспокойся.






