Выпейте за мой род, — ссыпал я в ладонь говорливого стражника горсть монет.
— Слава Тарсэ! — проорали они и… никуда не пошли.
— В другом месте! — произнёс я с нажимом, и придурков как ветром сдуло.
— Лерт, тебе задание посложнее. Вот тебе десяток серебра. Иди с ним наружу и пересчитывай, пока я не выйду. Заодно посмотришь, чтоб нам не мешали. Теперь ты. Ты молодец. Лежи и молчи, — посоветовал я, — и может, уцелеешь. Остались вы, леди! — повернулся я к с интересом наблюдающей за мной женщине. — Как вас зовут? Что вы здесь делаете? Где Кинар?
— Присаживайтесь, господин, — улыбнулась она.
Усевшись, я кивком дал понять, что готов слушать.
— Меня зовут Тамкарра, Кинар мой отец. К сожалению, он умер, — грустно произнесла она, — Похороны были третьего дня. Теперь, согласно его воле, таверна принадлежит мне. Пока у меня мало опыта, но скажите, чего желаете, и вы не пожалеете, что пришли в «Пузотролль»! — с гордостью произнесла дочь моего доброго знакомого.
— Куда я пришёл? — переспросил я, подумав,
что ослышался.
— «Пузотролль», — повторила она. — Отец много раз собирался дать таверне название, да так и не мог решить, какое. А между тем, были отличные варианты. «Кабаний хвост», например, или «Нет разным гномам».
— Знаешь, я верю, что ты его дочь. У вас одинаковый юмор.
— Юмор? — подняла бровки новая хозяйка.
— Забудь! — махнул рукой я. — Прими мои соболезнования. Кинар был мне добрым товарищем. Так что, если тебе нужна помощь…
— Спасибо, господин, — покачала она головой, — хоть мне и трудно поверить, что столь молодой господин был другом моего старика, но спасибо. Я со всем справлюсь.
— Что ж. Эта позиция вызывает уважение. Теперь, если не возражаешь, мне бы хотелось услышать о той небольшой сценке, участником, которой я невольно стал.
— О чём вы? — спросила Тамкарра похолодевшим тоном.
— О вот этом недоразумении, из-за которого я никак не могу поесть.
— Ну, мы просто не поняли друг друга.
— И?
— И мы об этом забудем, — уверенно припечатала она.
— Послушай!..
— Нет, это ты послушай, мальчик! Если ты думаешь, что напялив на себя цветастую одежонку и купив пару обормотов, стал пупом земли и можешь от меня что-то требовать, то тебе лучше передумать!
Завершив свою гневную речь, она выхватила висящий на поясе тесак и силой вонзила его в столешницу.
— Когда, говоришь, в город приехала? — спросил я, глядя на разозлённую фурию.
— Я всегда тут жила! — резко ответили мне.
— Мимо. Всегда, и даже просто иногда, живущие в Ар-Тае знают цвета Тарсэ, правящего рода. А многие даже знакомы с живущим в городе наследником.
Наблюдая за побледневшей тавернье, я положил руку на рукоять меча.
— Пойдёшь добром?
— Куда? — неуверенно глянув на мой пояс, спросила она.






