В одной руке он сжимал щипцы с раскалённым докрасна металлом, в другой — внушительный молот, которым орудовал с неожиданной ловкостью.
— Вот и как тебя на полчаса отпускать? — прогудел его басовитый голос, не прерывая работы. — А прошло уже всё два часа.
— Да я заблудился, — попытался я отделаться детской отговоркой.
— Ты зазвездился, — отрезал Саныч, и крыть было нечем.
— Что мне нужно сделать?
Кузнец начал заметно закипать.
— Покушай. Отдохни. Время поубивай, — с каждым словом его грудь раздувалась всё шире, делая
его похожим на разгневанного медведя. — Да етить твою мать! Чан с водой для начала наполни!
Язвительное замечание про запрет детского труда застряло у меня в горле — явно не время для шуток. Да и работа казалась несложной.
На заднем дворе обнаружился старый колодец с дубовым воротом. Я начал крутить его, опуская ведро в прохладную темноту. Зачерпнул полное ведро воды и... едва не растянулся на земле, не удержав тяжесть. Детское тело предательски подвело меня. Пришлось приноровиться: наполнять ведро лишь наполовину, идти медленно, часто отдыхать. Через долгих полчаса изнурительной работы чан был наконец полон.
— Я закончил. — произнёс я с плохо скрываемой гордостью, уже мечтая об отдыхе.
Какая наивность...
Глава 2
Раскалённый воздух
кузницы обжигает лёгкие. Саныч, с покрасневшим от злости лицом, сверлит меня взглядом:
— Да что с тобой сегодня не так? Тупишь больше обычного, — его голос грохочет не хуже молота по наковальне. — А уголь и металл кто будет таскать?
Быт кузнеца — не сахар. Нет времени злиться и вести себя как... Стоп. Я же и есть ребёнок. Внутренний порыв проявить юношеский максимализм мгновенно угасает под тяжестью прожитых лет.
Первый день в новом теле тянется бесконечно. Вода, уголь, металл — нескончаемый круговорот тяжестей. Мышцы горят огнём, но физическая боль сейчас волнует меньше всего. Сидя на старом крыльце, где доски поскрипывают при каждом движении, погружаюсь в размышления о будущем.
Сын кузнеца — неплохое начало. Навыки создания сложного оружия остались со мной из прошлой жизни, но теперь придётся освоить кузнечное дело с азов. Раньше я лишь передавал чертежи мастерам, воплощавшим мои идеи в металле. Но с этими знаниями нужно быть осторожнее — именно они привели меня к прыжку
с балкона.
Судьба простого оружейного торговца меня не интересует. Этот навык станет лишь инструментом для достижения большего. Примкнуть к клану? Нет, хватит с меня этой внутренней грызни. Создать свой? Заманчиво, но в десять лет — это перебор.
Магия молчит. Видимо, приобретённая сила не переносится между жизнями. Что ж, начну с простого — тренировка тела и оттачивание кузнечного мастерства. К любой цели путь лежит через труд и упорство.






