Купер и группа солдат продвигались к уменьшающемуся скоплению железноголовых. Военачальник стоял в центре вражеской группы, низко сдвинув брови над переносицей и растянув губы в оскале. Железноголовые стреляли в толпу, быстро поворачивая головы, чтобы отследить свои многочисленные цели, но внимание их лидера было приковано к чему-то.
Ронин проследил за направлением взгляда Военачальника.
Он увидел рыжую косу, а затем солдат перед Ларой — Честер — переместился, чтобы прицелиться, полностью обнажив ее. Обеими руками она держала большой пистолет. Пистолет подпрыгнул, когда она нажала на спусковой крючок, но она спокойно опустила его и снова прицелилась.
Военачальник смотрел прямо на нее, на его лице явно читалась ненависть. Хотя она находилась в тылу толпы, одной из самых отдаленных целей, он направил на нее своих головорезов. Как один, они переключили свое внимание, направив оружие на Лару.
Если бы у Ронина было сердце, оно бы остановилось в тот момент. Он прицелился из винтовки, когда железноголовые открыли огонь. Он нажал на спусковой крючок, посылая бронебойную пулю в головы двух ботов.
Краем глаза он увидел, как Честер повернулся и подхватил Лару на руки, используя свою спину как щит. Лара вскрикнула; аудиорецепторы Ронина выделили звук из какофонии. Ругательство? Ужас? Боль? Не было никакой гарантии, что Честер остановит все пули.
Одежда Честера разорвалась, кожа треснула, его тело затряслось от силы. Он наклонился над Ларой, удерживаясь на ногах, уперев ствол винтовки в землю в качестве опоры.
— Лара! — Ронин закричал.
Он прибавил скорости, прыгнув прямо на оставшихся железноголовых. Двое развернулись и выстрелили: он зарегистрировал новые повреждения корпуса, но не стал тратить вычислительную мощность на их оценку. Единственным приоритетом было помешать им стрелять.
Его инерция сбила их с ног. Несмотря на протестующие стоны, исходящие из его бедра, он приподнялся на колено и развернулся обратно к своим разбежавшимся врагам, опустошая в них свою винтовку.
Солдаты, которые вышли с ним из Клиники, сделали то же самое с другой стороны. Их стрельба заглушала все остальные звуки. Когда все
закончилось, над районом воцарилась тяжелая тишина.
Двигались только двое ботов. Железноголовый вытянул вперед одну руку, из его перфорированного корпуса повалил дым, и впился пальцами в грязь. Заскулили привода, он продвинулся вперед на дюйм.
Ронин сосредоточился на другом движении, каким-то образом зная, кто из них это будет. Он отбросил штурмовую винтовку в сторону, когда Военачальник, что было невероятно, поднялся на колени. В одном из его оптических прицелов зияла дыра, и синтетическая плоть полностью отделилась от нижней части лица. Его тело было пробито пулями, а одежда превратилась в лохмотья.






