— Не слушай её, — Отец не молчал. Она мало была не в настроение.
— Зато у нас сразу будет место.
— Подо что? Под ещё одного ребёнка? — Мать замолчала а я расплакалась.
— Пап, купи мне квартиру? — Мама хотела меня остановить но я уже ушла.
— Что ты наделала? — Речь о втором ребёнке была проблемной, я любила себя. Но и принять бы его у меня не было проблем, я была за.
— Рожайте.
— Маша, я пошутила, — Я молчала.
— Ты жестоко шутишь.
— И что? Ты тоже шутишь, — С ней что-то происходило.
— Я с ним связалась и он мне отказал.
— Потому что он вор.
— Он сказал, что это ты виновата.
— Зачем ты сказал моей матери, что это
моя вина.
— Аа, это была твоя мать. Ну так, ты в суд подавала.
— ещё раз подам.
— Слушай ты.
— Здесь микрофоны.
— С каких пор? — И его осенило. Тогда он не понял. Я улыбаясь вышла.
— Они только под столом, чтобы твоя выдра меня не трогала.
— Верни.
— Что?
— Всю информацию.
— Какую? — Он молчал.
— Не буду, — Он настаивал а я читала про юриспуденцию. У нас законы были хорошие.
— Это моё.
— Нет, это мои мысли и то. как. они будут исходить из меня, моё, — Он замолчал опять а потом вышел, и вышел осторожно.
— Я прибавлю зарплату.
— Я почти уволилась.
— За что ты так со мной?
— Ты сам себя портишь, причём так что кажется, это деньги виноваты.
— А, это они и виноваты, — Кажется его мысли принесли ему доход, но деньги обиделись.
— Вокруг одни ведьмы, — Я была за, но я была одна и неповторимая. Я была святой. Моя святость отдавалась в моей коже.
— Игорёк, давай помиримся, — Она пришла. Я была кудрява, но только от общения с ним и оказалось, что она может лихо развернуть мои мысли. Мне это не понравилось, зато понравилось ему.
— Точнее.
— Я сказала всё, — Когда я вставала, карандаши полетели вон, а выдра вылетела из-за него. Они целовались, — Вон отсюда, — Они вышли, а я села. Воздуха не хватало и я пошла снимать клип. Он произведёт фейерверк. Он делал так, я тоже решила сделать так, но я была святой. Святым демоном кажется.
— Ты не сможешь, — Он разговаривал не со мной. Скоро в чёрном клубе будет
бал, а я нашла место поинтереснее. Тот самый Паша подсказал, что знает где более грубая осанка. Рассказал во время скандала. Я примеряла корону, такую же как у него, но женскую. «У меня и голос лучше» Октава. Я задумалась и подпела самой себе. Хотелось петь. Петь так, как никто. Я и запела, но дома. От матери.
— Он говорит, что ты всё. крадёшь, — Я вскочила и позвонила ему.
— Живо ко мне.
— с чего бы это.
— Иначе я продам все твои фильмы.
— Я соврал, — Моя мать была в бешенстве, а отец молчал.
— Вы не мужчина.
— Я знаю. Я росту.
— Мне страшно, в кого вы вырастите.
— Она просто даёт мне эмоции.
— Это шантаж, — Моя мама успокоилась, но меня она потеряла. Я молчала. Квартира была богатой, но родители получали не много.






