— ещё как, — Я три раза обработала волосы, — Щупай.
— Они и правда сожжены. Как, — Его как был дублированным и должно было стоять перед словом, но я не заметила. Я уже привыкла, — Ты, начинаешь привыкать.
— Это хорошо. Ты замечаешь, и начинаешь меняться.
— А, ты? — Я поняла, что ему скучно.
— Давай отстроим часовню?
— Нет, — Я расстроилась.
— Это очень дорого, — Я скупила соседние участки, вопреки его
мыслям о том, что у нас нет денег. У меня они были. Мой дом был самым лучшим, он был обустроен. Я любила всё, что доставляло мне удовольствие. Я полюбила деревья, которые посадила вместе с мамой, я полюбила огород и даже отца, который зачем-то решил поселится рядом. Он знал, я люблю уединение.
— У тебя слишком огромный участок, тебе будет одиноко, — Он был не прав, Игорь всё же вернулся, но это было потом. А потом выяснилось, что и правда одиноко особенно когда не находишь дом. Теряться оказалось весело. Я щебетала в клипах, а по правде, от усталости там и оставалась. Мир терялся вместе со мной, ориентир тоже. Моё вдохновение не таяло в такие моменты, оно засыпало.
— Ты, где? — Написал он мне и я ответила, что рядом, — Ты, где? — Наорал он на меня и оказалось, что он уезжает, — Мне пора!
— Куда?
— Домой! — Рявкнул он и сорвался. Я расплакалась, причём так сильно, что закрыла все двери на ночь, а они ему и не нужны были.
Прости меня. Это смс я даже не открыла. Оно высветилось сверху. Я была на работе. Сон не шёл и клип звучал ужасно. По крайней мере для меня. Игорь знал, что я здесь и когда я вышла, он был ужасен.
— Прекрасно выглядишь.
—
Цветов не хватает, — Мой голос был флегматичен.
— Сейчас купим, — Я, лишь покачала головой. Незнание того где он был, делало своё дело. Он не собирался говорить, где был. И главное с кем. От него веяло духами.
— Я, был у женщины, — Я всхлипнула, но только в себе.
— Уходи, а, — Мой голос был усталым, — Ты, в целом мог и не возвращаться.
— Ты, не дослушала, — Я слушала дальше.
— И, что? Она попросила съехать её от тебя, и ты сорвался к себе? Серъёзно?
— Да, — Его тон был абсолютно серьёзен.
— Хорошо.
— Вот, — Я собрала все его вещи аккуратно и на мне не было лица.
— Это что?
— твои вещи, — Игорь молчал, причём его лицо не менялось.
— Я, не хочу.
— Ты уехал. Ты, меня бы послал, если бы я так сделала, а ты просто вернулся.
— Я, такой какой я есть.
— А,
я нет. Если ты видишь меня такой же, то нет. Я уют.
— Что ты?
— Я нежность, — И он сорвался, причём так осторожно и тактично, что я чуть не расплакалась.
— Маша, ты дома? — Мои глаза были в слезах, а отец всё шёл. Застал он картину прекрасную, — Почему моя дочь. плачет? — Отец не любил слёз.
— Я, виноват, — Папе этого было достаточно и он отошёл.
— Не надо.
— Потом поговорим, — И, мы разговаривали, но я понимала, что что-то движется, а отец говорил — Уходи от него.






