ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После Совета Марка вежливо попросили остаться в Дремире - закрытой и недружественной ко всему миру стране. Теперь он там хандрит, даже не подозревая, что над его жизнью нависла смертельная угроза. А вот Орэну скучать некогда - он, едва успев обжиться в мире новых для себя порядков и традиций, решает бросить вызов местным устоям, чтобы добиться своего. Правда, он немного просчитался, но узнает об этом слишком поздно... Как и Леон в том, что думал, будто бы грифоны - это самая большая опасность как на его пути, так и в жизни его близких. Да только вот он даже не догадывается, что короткое легкомысленное письмо, отправленное доверившемуся ему человеку, чуть в итоге не стоило одной жизни. Казалось бы, какие могут быть проблемы у вечно спокойного и рассудительного Кирана? Но даже он умудряется найти себе занятие, с которым и свихнуться недалеко!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он даже сам не понял от чего: то ли от того, что Киран смеётся, то ли от того над чем он смеётся.

— Элеонора, даже я бы не смог придумать более жестокого наказания, — сказал Киран отсмеявшись. — Может, простишь его, пока он ещё жив?

— Ничего не знаю, — махнула рукой Элеонора. — Выживет, понесёт твоё наказание, тогда прощу.

— Как скажешь, — согласился Киран и с серьёзным лицом посмотрел на Леона. — Тогда приходи, когда освободишься, на «Пирс 18». Назначаю тебя на её корабль юнгой, ведь где нагадил, там и надо разгребать, не правда ли?

— Слушаюсь, — серьёзно

ответил Леон.

— Ты ведь не против, милая? — Киран обнял Элеонору за талию.

— Твоё решение, — равнодушно ответила девушка.

— Тогда вали отсюда, Леон, ты мешаешь моему свиданию, — спокойно сказал Киран.

Леон и свалил. Быстро и не оглядываясь.

Часть 1

Глава 4. Остудился

Леон

Леон был зол. Он быстро шёл посреди улицы и врезался плечом во всех, кто не успел уйти с его дороги. Нарывался, в общем, на неприятности. Сознательно. Он был готов сейчас разнести полгорода, несмотря на на то, что потом бы снова пришлось извиняться. Неприятности всё же его игнорировали.

Леон дошёл до широкой улицы и осмотрелся. Когда он понял, что она ведёт в порт, то пошёл к морю. Дошел до пирсов, нашёл «Пирс 17»! Пирс был пуст. Зашёл на него — никто его не остановил — дошёл до конца пирса и нырнул рыбкой в воду — никто не бросился его спасать.

Зимой у берегов Марингерда вода никогда и не замерзала, и не была

настолько ледяной, чтобы околеть в тот же миг. Просто была холодной, даже когда на берегу лежал снег. Никто не знал почему, да и не особо этим интересовался.

Несмотря на снег кругом, о температуре воды Леон тоже не переживал. Он вообще не мог сейчас ни о чём переживать — все его силы уходили на то, чтобы не взорваться окончательно и потушить его внутренний вулкан как можно скорее. Перед прыжком в воду Леон лишь отметил краем сознания, что не расшибётся тут же об лёд, и прыгнул. Вариант расшибить своей головой лёд его тоже сейчас в принципе устраивал — за лёд не надо было бы извиняться.

Леон проплыл под водой, вынырнул, вдохнул воздуха, нырнул обратно под воду, поплыл…

Так он делал до тех пор, пока, наконец, не осознал, где находится — в одежде, в холодной воде и сравнительно далеко от берега. Осознание, как всегда бывает в подобных случаях, начало тянуть его на дно. Леон вынырнул, вдохнул воздуха, развернулся и поплыл к берегу.

Больше он не нырял и старался держаться у поверхности воды, быстро и уверенно гребя в сторону берега, с головой, опущенной под воду, кроме тех случаев, когда необходимо было сделать вдох. Это был самый быстрый способ плавания, известный ему.

То ли способ оказался недостаточно быстрым, то ли Леон, но берег вовсе не собирался приближаться.

«Ты, друг, сейчас утонешь нахрен.