Тепло медленно растекалось от грудной клетки к животу и шее, текло по рукам и ногам… Леон постепенно переставал дрожать… Волосы на голове начали высыхать…
Как и обещала тётя Мила, он ощущал лёгкое жжение там, где она касалась его рукой, будто на его груди лежал горячий камень. Горячий, но не раскаленный. Леона начало клонить в сон, и он и не заметил, как уснул.
Проснулся Леон среди ночи. Из-за закрытых ставень в комнате было темно, хоть глаз выколи. Пощупал рукой у кровати — вещей своих не нашёл.
«Не ходить же в одеяле по дому?» — подумал он и решил, что придётся валяться в постели до утра, авось вещи вернут.
Сон не шёл. Пришлось начать размышлять о том, что делать дальше.
«Мне надо где-то жить — это раз. Мне надо как-то помогать Эрику — это два. Учиться летать с Родэром — три. Желательно, чтобы это было всё рядом — четыре…»
Всё сводилось к тому, что идеально было бы жить прямо над пещерами с Эриком, Родэром и грифоном. Если насчёт заселения грифона на крышу дома тётушки Милы Леон всё же сомневался, то по поводу остальных жильцов решил уточнить у нее утром.
«Совсем забыл! — вдруг осенило Леона. — Надо же ей сказать, что мы хотим исследовать пещеры и ждём официального разрешения».
Леон начал обдумывать предстоящий разговор, как в сознание закралась новая навязчивая мысль, что он забыл что-то очень важное. Ему пришлось пройтись по списку «всего важного» ещё несколько раз, прежде чем
он смог поймать эту мысль за хвост.
«Надо бы сообщить Несси, что скоро я всё же не вернусь. Да и когда вообще вернусь непонятно. Опять расплачется, наверное… Но что поделаешь? Другого способа выполнить её просьбу я всё равно не вижу».
Леон добавил «Написать письмо Несси» в список дел на завтра, додумал разговор с тётей Милой и всё же уснул.
Когда он проснулся во второй раз, то в комнате уже было намного светлее: через щели в закрытых ставнях в комнату проникал яркий свет. На полу у его кровати лежала чужая сухая одежда, стояли тапочки. Леон оделся и спустился вниз. Посреди коридора он крикнул: «Тётя Мила!», чтобы не стучаться во все двери подряд, и остался её дождаться.
В коридор вышла тётя Мила.
— Доброе утро! Есть будешь? — добродушно сказала она.
— Доброе утро. Да! — обрадовался Леон, ведь со вчерашнего утра он ничего не ел.
— Заходи, — сказала тётя Мила и скрылась за дверью, из которой только что вышла.
Леон зашёл за ней и оказался в просторной кухне с большой печью, двумя длинными столами вдоль той же стены и шкафами с кухонной утварью и столовыми приборами. Всё остальное место занимали четыре обеденных стола человек на двенадцать с лавками по бокам.
Он присел за стол, где уже стояла миска тёти Милы. Она поставила перед ним такую же с простой кашей и села завтракать рядом. Леон с удовольствием принялся за еду.






