Стрессов, эмоциональных выгораний, депрессии и неуверенности в себе. А так же в самом, зыбком и неопределённом, будущем.
Алкоголь? Наркотики? Созданные усилиями фармацевтов медицинские препараты, содержащие или помогающие организму вырабатывать серотонин? Да бросьте. Ничто не заменит простые и естественные радости, одной из которых мы самозабвенно предавались с любимой, спрятавшись в моём пространственном кармане.
Когда всё закончилось, были произнесены все сопутствующие и такие необходимые ласковые слова, я широко зевнул и, гладя Марину уютно устроившейся на моей груди голове, приготовился малёк дремануть. Но, обеспокоенная нашим довольно так долгим отсутствием, она нежно, но настойчиво прощебетала.
– Может, пойдём обратно?
– А-о-у-успеем!
– Продолжал распахивать пасть я, засыпая. И, уже сомкнув глаза, посоветовал.
– Не бери в голову.
Потом,
ничтоже сумяшеся, завернулся в мягкий плед и засопел. В конце-концов, имею право. Остров я зачистил? Зачистил! Бандитов кого притопил, а кого прикопал? Есть такое дело! Так что, вполне заслужил маленькую и немудрящую награду, вроде небольшого незапланированного отдыха. К тому же, отсутствие во внешнем мире, кроме нас с Мариной, никто не заметит.
Когда проснулся, рядом никого не было. Пошарив по опустевшей постели, я протёр глаза и, привстав и покрутив головой, обнаружил свою девушку, рассматривающую моё немудрящее барахло. Светляк, зажжённый ею, был не таким мощным, как тот десяток, что мог сотворить я.
И поэтому возможностей для исследований окружающего пространства у Марины имелось гораздо меньше, чем у меня. Чему я был несказанно рад. Так как, несмотря на полное доверие к любимой, были всё-таки кое-какие вещи, которые я предпочитал хранить в тайне. Наличие в стазисе медблоков, например.
К счастью,
барахла вокруг было столько, что за те полтора часа, что я дрых, Марина не успела полностью осмотреть даже его. Так что, до более познавательных экскурсий, позволивших обнаружить устроенные чуть поодаль регенерационные капсулы, не говоря уже о конфискованных мною у Якудза катерах дело, к счастью, не дошло.
Хотя, доберись Марина до моих маленьких секретов, ничего страшного бы - я почему-то уверен в этом, - не случится. Нет, любопытство, безусловно, она бы проявляла. Причём совсем нешуточное. Но и отбрехаться я бы тоже сумел.
Я слегка кашлянул, прочищая горло и, когда Марина повернула голову в мою сторону, зажёг небольшой огонёк, освещая сидевшего на топчане себя.
– Проснулся, лежебока?
– Улыбнулась Марина. И, обведя взглядом все мои нажитые непосильным трудом, в кавычках "богатства". усмехнулась.
– Берлога типичного мужика.
– И, давая понять, что ничему не удивляется и меня уже записали в разряд "безнадёжных", хмыкнула.






