Локлан начал медленно склонять голову к лицу спутницы, когда резкий стук заставил обоих вздрогнуть.
— По приказу короля, отоприте дверь!
Лэрд знаком приказал девушке молчать, а сам пошел открывать. Катарина сглотнула, со страхом ожидая того, что произойдет дальше.
Темноволосый воин с угрюмым лицом шагнул в комнату. Прищурившись, он сперва посмотрел на Кэт, затем оценил сложение и выправку Локлана, и раздражение разом исчезло с его лица.
— Прошу простить, милорд, но мне сказали, что вы называли особу, которая находится с вами, Катариной?
— Кто сказал?
— Женщина на улице. Она утверждает, что вы оба иноземцы.
Локлан по-прежнему изображал надменного человека, крайне
недовольного вторжением солдата:
— И что с того?
— Я ищу королевскую дочь, Катарину. Нам необходимо отыскать и вернуть ее, — воин кинул многозначительный взгляд на девушку, лицо которой приняло самое очаровательное выражение, на которое только она была способна.
— Послушайте, сэр, — произнесла Кэт, подражая шотландскому акценту Локлана, — уж теперь вы точно не думаете, что я французская принцесса, ведь так?
Она шагнула вперед и взяла Локлана под руку:
— Мне, конечно, это лестно, но, к сожалению, здесь лишь я и мой муж.
Солдат сдвинул брови:
— Но твое имя Катарина?
— Катриона. Полагаю, звучит похоже для французского уха, но это не одно и то же.
Королевский воин кивнул, на его лице отразилось облегчение:
— Я вас полностью понимаю. Прошу простить мое вмешательство.
Кэт, затаив дыхание, дождалась, пока этот человек не закрыл дверь, и до нее не донеслись его шаги, удалявшиеся по коридору.
Локлан посмотрел на нее сердитым вглядом:
— Откуда у тебя этот акцент?
Девушка наморщила нос:
— Внимательно слушала тебя и твоих братьев. У меня довольно легко получается
подражать.
— Полностью с тобой согласен. Мне на мгновение показалось, что ты родилась
с этим акцентом. А Катриона… Блестяще!
Кэт присела перед ним в реверансе:
— Я стараюсь.
Она увидела, как глаза горца снова вспыхнули огнем, но он извинился и оставил ее в комнате отдохнуть в одиночестве, удалившись так быстро, что Кэт даже не успела ничего ему возразить.
Поведение шотландца озадачило
бы ее гораздо сильнее, если бы она сама не ощущала к нему такую же страсть. В нем было что-то настолько волнующее и вызывающее желание! Кэт едва сдерживалась, чтобы не заставить этого красавца ее поцеловать.
«Помни, что ты его ненавидишь, — твердила она себе. — Он — олицетворение всего, что ты терпеть не можешь в мужчинах».
Но при этом он по-доброму отнесся к незнакомому деревенскому мальчишке и защищал ее саму. А недостатки есть у всех. Просто у Мак-Аллистера их сверх всякой меры. С другой стороны, его положительные качества сглаживают несовершенства, и те уже не так бросаются в глаза.






