Этой ночью аппарату пришлось изрядно поработать. Мы от госпиталя не отходили, у нас в приоритете защита профессора, но культисты не раз сами заскакивали к нам на огонёк. На огонёк - в буквальном смысле. Утром горелые останки сгребали лопатами.
– Измаил погиб, - вслух прочитал я.
Как выяснилось, это он первым поднял тревогу. Разумеется, в инквизиторском стиле, там не один Факел такой неистовый. Измаил с парой дознавателей попросту атаковали отряд в добрую сотню мятежников. Первый же выстрел из огнемета скосил десяток врагов, да еще дознаватели добавили из револьверов. Затем, конечно, мятежники опомнились и начали отстреливаться, уложив в итоге всех троих. Эту-то пальбу мы и услышали.
Собственно,
как я понимаю, на это и был расчет Измаила. Ну, если там вообще был какой-то расчет. Инквизитор же. Хорошо хоть Факел ко мне время от времени прислушивался. Он верил, будто бы у меня особая чуйка на демонов, которая на круг позволит убить еще больше врагов, и это в целом верно - чем дольше проживешь, тем больше врагов убьешь; но в целом они все одного поля ягоды. Враг Господа для них - как красная тряпка для быка, а безопасность в списке приоритетов и вовсе отсутствует. Но я склонен верить, что расчет у Измаила был. Это придавало его гибели смысл.
– Мир праху, - только и сказал Факел.
Всё лучше, чем "совершенно секретно". Впрочем, потом Факел выяснил, как звали обоих дознавателей и занес всех троих в свой поминальный список. И неважно, что Измаил был магометанином. Бог-то един, это сейчас даже китайцы с их запутанными верованиями признавали. Конфессии - да, разные, но сейчас это неважно ни у нас внизу, ни на Небесах наверху. По крайней мере, так теперь учили богословы.
– И всё-таки ерунда какая-то получается, - сказал я, дочитав рапорт до конца.
– В смысле?
– переспросил Факел.
Враз насторожился. Небось думал, я сейчас ему главного врага подам на блюдечке. А по моим прикидкам вышло ровно наоборот.
– В смысле, безнадежная затея была с самого начала, - сказал я.
– Ну что это за восстание? Ни тебе поддержки извне, ни тебе захвата
ключевых объектов. Да у них, собственно, и сил-то на это не было. Разве что с налетом на госпиталь могло выгореть, если бы Измаил их вовремя не заметил.
– Значит, он и был их целью, - ответил Факел.
– Тогда скажи мне, почему добрая половина… - я еще раз пробежался глазами по рапорту и поправился.
– Даже, пожалуй, две трети в налете не участвовала. И всего один одержимый. Остальные вообще по домам сидели.
– Новообращенные не всегда активны, - пояснил Факел, прилаживая на место раструб.
– Просто те, кто быстро обращается и сразу в бой - более заметен. А некоторые порой не один день сидят сиднем. Осваиваются. В Прибалтике, помню, случай был, еще до нашей с тобой встречи, так там одержимый две недели приходил в себя.






