В измученном мозгу Жан роилось слишком много мыслей, чтобы это обрело смысл, но затем в памяти кристально ясно всплыл вопрос Нила:
«У вас есть кто-нибудь, кто мог бы взяться за работу на месте?»
То, как он смело набросился на Грейсона, когда Жан сидел рядом с ним, было невозможно; то, что Жан был слишком потрясен надвигающимся крахом своей семьи, чтобы осознать, что происходит, было непростительно.
Единственным разумным ответом был отказ. Грейсон должен был уехать из города на этих выходных. Но останется ли он там надолго - другой вопрос, и Жан почувствовал, как у него мурашки побежали по коже, когда он подумал об этом. Поскольку Гнездо закрыто, а Эдгар Аллан находится под следствием, Воронов, несомненно, отправят домой на каникулы. Грейсон весь год будет мотаться по Калифорнии. Действительно ли это было единственным решением, оставшимся у Жана, и сможет ли он выжить, если не воспользуется им?
– Ты настоящий Веснински, если не в имени, - сказал Жан.
– Хочешь снискать расположение своего нового хозяина, защищая его имущество?
– К черту Ичиро, - сказал Нил, и Жан не собирался сидеть здесь и выслушивать все, что последовало за этим
дерзким замечанием. Он распахнул дверцу, но Нил схватил его за раненое запястье, прежде чем Жан успел выйти из машины. Жан стиснул зубы от боли и сердито посмотрел на него.
Нила не тронул его гнев.
– Грейсону следовало просто отказаться от порочного наследия Рико и начать все сначала. Он сам натянул петлю, когда проделал весь этот путь, чтобы прикоснуться к тебе, и я не боюсь выбить стул из-под него.
Жан попытался высвободиться, но хватка Нила была сильной.
– Не притворяйся, что это из-за меня, ты, жалкий негодяй.
– Почему бы не из-за тебя?
– Спросил Нил.
– Я всего лишь Моро, - сказал Жан ровным и свирепым голосом.
– Я не...
– Как и Элоди, - напомнил ему Нил, и Жан перестал дышать.
– Помни об этом в следующий раз, когда решишь, что тебя не стоит спасать.
Нил отпустил его, и Жан выскочил из машины. Он захлопнул за собой дверцу и взлетел по ступенькам. Джереми уже открыл перед ним входную дверь, но Жан быстро убрал его с дороги, положив руку ему на плечо. Кэт и Лайла были дальше по коридору, но, увидев его лицо, вжались в стену. Жан не был уверен, куда направляется, но не удивился, обнаружив, что через несколько секунд стоит у своего стола. Он разложил свои блокноты на столе перед собой, но не потрудился их открыть.
Он подумал о Франции: о ежевике, маленьких уточках и соленом бризе со Средиземного моря, об оружейном масле, о жалящем широком ремне и страстном, немедленном «да». Он подумал о бесконечном полете на самолете в ад, о паре пронумерованных лиц и чудовищном мальчике, говорящем:
Слишком претенциозное имя для такого грязного чудовища, как ты
.






