Девушка сразу заметила переполненный поднос в моих руках, смерила меня недовольным и осуждающим взглядом, а потом сказала:
– Поднос, который вы несете хозяину, назад нужно приносить пустым или хотя бы полупустым.… Иначе это означает, что вы не
справляетесь со своими обязанностями и об этом мне нужно будет доложить Виктору Леонидовичу!
– Простите, а вы кто? «Шестерка» в этом доме? – не сдерживаюсь от колкости, потому что и так уже накипело.
– Хм…, - хмыкает она, недовольно задирая нос к верху. – Я – старшая горничная, и слежу здесь за всем! В мои обязанности входит держать Виктора Леонидовича в курсе всего, что происходит в этом доме! Поэтому, если в следующий раз вы допустите такую же ошибку, я буду вынуждена доложить о ней хозяину дома! Камал Хасанович должен есть, а вы обязаны проследить за этим! – добавляет она, покидая кухню.
И вот теперь мне хотелось плакать…. От безысходности и усталости.
Как же всё надоело.
Я возвращаюсь в свою комнату несчастная и огорченная…. Здесь всё против меня и все такие злые…. Как выживать дальше? Как работать с такими людьми?
Стучу в дверь, и, не дождавшись ответа, захожу внутрь. Камал продолжал сидеть у окна и работать. Игнорирую его, иду в свою спальню, а затем беру чистую одежду и направляюсь в душ.
Ванная комната переделанная, обустроенная разными поручнями, опорами, стульями, для удобства Камала. Здесь чисто и комфортно. Есть свежие полотенца, халаты, все для душа и ванной.
К счастью, на двери есть замок и это очень успокаивало.
Быстро моюсь, чищу зубы и переодеваюсь. Когда выхожу в комнату Камала, мужчина поднимает на меня свой взгляд и быстро окидывает меня им с ног до головы.
И что он, интересно, надеялся в этот момент увидеть? Что я буду в шелковой майке и шортиках или полупрозрачном пеньюаре?
К счастью, я была в самой закрытой пижаме, которая может существовать в мире. На мне кофта с долгими рукавами, с пуговицами спереди. На ногах свободные штаны. Всё закрыто и скромно. Смотреть не на что, поэтому мужчина быстро теряет интерес.
Камал
возвращается к своей работе, а я быстро перебегаю в свою спальню, бросая на ходу «спокойной ночи».
Конечно, в ответ ничего не следует.
Когда оказываюсь в своей спальне, вдруг осознаю что не могу закрыться изнутри, потому что мешает бумага, которую я запихнула в замочную скважину. И тихо ругаю себя за это, понимая, что сильно сглупила.
Но, поскольку я уже многое услышала о Камале и немного узнала его характер, я была почти уверена в том, что он не посмеет прийти ко мне в комнату по собственной воле, потому что я ему и так надоела. А значит, мне не зачем переживать.
Спать я не спешу ложиться, хотя очень устала. Сначала звоню бабушке, полчаса разговариваю с ней и с сыночком по видеосвязи, а затем снова принимаюсь изучать контракт.






