Наши семьи были тесно связаны, ведь отец Ронни был бизнес-партнёром моего отца, а наши бабушки и дедушки дружили с молодости.
Но Ронни знал, что ему лучше держаться от меня подальше после того, что произошло. Иначе полиция точно была бы вызвана. Если он хотел, чтобы всё осталось тихо, ему стоило держаться подальше.
— Что-то случилось с Ронни? — спросил дедушка. — Вы же вместе учились в колледже. Разве вы не друзья? Мне всегда казалось, что он был к тебе неравнодушен.
Ничего, что он сделал, не было «милым».
— Он не в моём вкусе,
и мы не друзья, — пожала я плечами, встретив взгляд отца и прочистив горло. — В любом случае, это был не Ронни. Меня навещал Слэйд. Он приехал в город, хотел посмотреть кофейню и мою квартиру.
За столом воцарилась тишина. Я бросила взгляд на дедушку, ожидая, что он вмешается, но первым отреагировал отец.
— Что, чёрт возьми, он делает здесь, в городе? Он только что вышел из реабилитации, и мы оплатили ему квартиру в Бостоне на следующие шесть месяцев. Такова была договорённость. Завершить программу, прожить шесть месяцев чистым, и тогда мы обсудим его возвращение домой. Но, конечно, он нарушил это соглашение, — отец взял салфетку с коленей и вытер рот. Его челюсть напряглась, и я заметила, как его плечи стали жёсткими при одном упоминании Слэйда.
— Он живёт на другом конце страны и скучает по семье. Он приехал только на выходные. У него есть работа в Бостоне, и он начинает на этой неделе. Я рассказала ему про открытие кофейни, и он хотел сделать мне сюрприз. Это было мило, и он показался мне тем старым Слэйдом, которого я знала. Он хочет приехать снова, и я сказала, что поговорю с вами об этом. Я не думаю, что это правило о шести месяцах имеет смысл. Он завершил программу. Он скучает по семье. Он скучает по вам, —
сказала я, переводя взгляд с мамы на папу.
Они ни разу не навещали его в реабилитации в этот последний раз. Они полностью от него отстранились. Только дедушка и я ездили навестить Слэйда в Бостоне.
— Ты была с ним наедине? — голос отца был холодным, жёстче, чем я слышала его за долгое время.
— Была ли я одна со своим братом в своей квартире? Ты серьёзно? Конечно, была. Я не боюсь Слэйда, но, похоже, вы с мамой боитесь, — ответила я, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. Я ненавидела, что наша семья оказалась так разделена.
Дедушка прочистил горло.
— Давайте все успокоимся. Деми, есть вещи, о которых ты не знаешь. Это не моя история, чтобы её рассказывать, но Слэйд причинил этой семье много боли, и ему придётся снова завоевать доверие твоих родителей. Могу сказать одно… они поддерживали его гораздо дольше, чем многие родители стали бы это делать. Он
исчерпал свой трастовый фонд и причинил своей семье огромный ущерб за последние годы.






