— У тебя есть деньги в кассе или в сейфе?
—
Нет. Он забрал всё из кассы, а я делала выемку наличных в банке раньше сегодня, так что здесь ничего не осталось, — ответила я, чувствуя, как к горлу снова подступает комок. Завтра утром мне нужно будет пойти в банк и снять немного денег, чтобы положить в кассу. Учитывая расходы на новую дверь, это будет серьёзный удар.
Мы только открылись, и я вложила много денег в кухонное оборудование и пополнение запасов. Сейчас деньги были впритык.
Конечно, у меня была финансовая подушка. Моя семья всегда бы помогла мне.
Но я не собиралась рассказывать им, что меня ограбили. Мой отец сразу бы понял, что это был Слэйд.
Теперь я была почти уверена, что случилось между моим братом и родителями. Если Слэйд вёл себя той ночью у дома так же, как сегодня здесь, я понимала, почему они были настороже.
Даже напуганы.
Очевидно, я не могла рассказать родителям, что произошло, иначе я бы никогда не смогла восстановить нашу семью.
Версия про подростка, бросившего камень в окно, выглядела куда правдоподобнее.
— Прежде чем ты начнёшь волноваться, я позвонил своему другу, Бретту Роджерсу, — сказал Ромео, поднимая руки, чтобы предотвратить возможный взрыв эмоций.
Бретт Роджерс был копом.
— Спокойно. Он друг. Будет выглядеть гораздо подозрительнее, если ты вообще не обратишься в полицию. Я сказал ему, что возвращался домой как раз в тот момент, когда сработала сигнализация. Так он сможет оформить заявление, и завтра не возникнет никаких вопросов. Он будет здесь через пять минут,
а дверью займёшься утром.
— Умно. Конечно, я бы вызвала полицию, если бы дверь разбили подростки. Спасибо, — ответила я.
Бретт Роджерс прибыл и быстро составил полицейский отчёт. Меня удивило, когда Ромео сказал ему, что вышел из спортзала как раз в тот момент, когда пара подростков убежала, смеясь, по переулку.
Офицер не задал ни одного вопроса, сомневаясь в наших словах. Он лишь сказал, что оставаться здесь сегодня небезопасно. Я заверила его, что ночевать здесь не собираюсь, и, к счастью, он не стал интересоваться, куда именно я направляюсь.
Завтра я вернусь, чтобы разобраться с этим бардаком.
Мы попрощались с офицером, который обмотал дверь предупредительной лентой и пообещал, что патрульная машина будет стоять у входа, чтобы никто больше не влез сюда этой ночью.
— Готова? — спросил Ромео, положив руку мне на поясницу, пока мы выходили через чёрный ход.
Я заперла все три замка, что вызвало у него смех, учитывая, что передняя дверь была закрыта чёрным пакетом.
— Спасибо за это, — тихо сказала я. — И за то, что разрешил остаться у тебя.
— Что я должен был сделать? Оставить тебя спать в переулке? Я ведь не полный мудак.
— Это твоё алиби? —
спросила я, с намёком на шутку в голосе.






