ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Троецарствие, Автор - Алексин Иван, Серия - Федор Годунов [3], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Троецарствие Алексин Иван Троецарствие, Автор - Алексин Иван, Серия - Федор Годунов [3], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Пролог — Государь, — склонился в поклоне Дмитрий Шуйский. Со скамьи, едва не опрокинув чернильницу на дубовый стол, суетливо вскочил невысокий подьячий, опустил плеть здоровенный мужик в кожаном фартуке, надетом на голое тело, оглянулся его более молодой помощник. Все трое тоже склонились в поклоне и застыли, не смея взглянуть царю в глаза. Гаврила Ломоть, вынырнув из-за спины Василия, бережно поставил на каменный пол изящный табурет с резными ножками, смахнул рукавом несуществующую пыль, отошёл в сторону, в пузатой кадке с водой. — Ну что скажешь, Дмитрий, — недобро скривил губы царь, проигнорировав выставленный предмет мебели, — что вор о Федьке Годунове сказывает? Указал ли, куда казну царскую с регалиями схоронил? — Василий смахнул со лба выступивший пот и с укоризной заметил: — Что ворога моего лютого поймать сумел, за то тебе, брате, моя хвала и милость царская. Но, почему я о том не ведаю? И зова от тебя не дождался. Сам, как видишь, пришёл. — Подарок для тебя готовил, государь, — спокойно ответил боярин, недобро покосившись в сторону Ломтя. — Вот только Ивашка-вор запираться удумал. Умаялись мы с ним, но ничего. До правды всё равно дознаемс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Просто я этот город на пару месяцев раньше под свою руку взял и посылать туда кого-то для администрации Шуйского больше не имело смысла. Вот и застрял неуживчивый дьяк по прозвищу «Кол» в Москве, оставшись практически не у дел. И сегодня, среди прочих, пришёл к государю поклонится. Ну, мне то его характер до одного места; тут перед государем свой норов показывать не принято. Вот я и решил его к себе в секретари пристроить. Дело своё Семёнов хорошо знает, а я заодно за тем, как его труд пишется, присмотрю.

— В первую очередь, — заявил я, замершему передо мной дьяку. — Воззвание к народу напишешь. Дескать я, Фёдор Борисович Годунов, с Божьей милостью вернул себе отчий престол на Москве. Далее напишешь, что опалы на свой народ, за то, что в обман Гришки Отрепьева поверили и сему расстриге поклонились, не держу и ту вину, всем, кто в своей неправде покается, прощаю. Но теперь под Москвой другой вор, в царские одежды обрядившийся, стоит. Упомяни, что это скрытый еврей. Что он за помощь обещал латинянам католичество на Руси ввести, а польскому королю Смоленск с Псковом отдать. Что тайный договор с ляхом Ружинским заключил, о том, что половина всего, что в Москве есть, его будет. А покуда, в качестве

платы, ляхам да казакам все города и деревеньки нещадно грабить дозволил.

— Вот же нехристь проклятый! — не удержался дьяк и тут же сам испугавшись своей несдержанности, сполз коленями на пол: — Прости, царь-батюшка, за язык мой поганый.

— Далее запоминай, — отмахнулся я, с трудом удержавшись от сакраментальной фразы: «Встань, Федя. Я тебя не виню». — Об Филарете, обскажи. Что сей старец в патриархи без всякого церковного собора, евреем-самозванцем выкликнут. И за это, сей Филарет, все эти договоры тушинского вора с ляхами да иезуитами благословил. Всё понял ли?

— Да государь.

— Ну, и в конце призови все города собирать ополчение для борьбы с иноземцами, что пришли на нашу землю грабить и убивать. А я, ради такого дела, пятую часть всего, чем владею, пожертвую. Как сделаешь, мне потом прочтёшь, что написал. Мы это воззвание по всем городам и весям разошлём.

— Всё со всем старанием исполню, царь-батюшка.

Старайся, старайся, а я потом посмотрю, что у тебя получилось. Мне рядом с собой грамотный, думающий секретарь нужен, а не простой писец. Так что эта работа для тебя своеобразным экзаменом будет.

— Ещё напишешь послание воеводам в Смоленск, Владимир и Коломну, с требованием привести эти города под мою руку.

— А в Переяславль Рязанский?

Нет, всё-таки секретаря я себе правильно выбрал. Этот простым исполнителем не будет. Этот всё, что я ему говорю, анализирует и, вон, даже спрашивать осмеливается.

— А в Рязань мы ничего писать не будет, — весело оскалился я. — Словно и нет её, Рязани той.