ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Троецарствие, Автор - Алексин Иван, Серия - Федор Годунов [3], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Троецарствие Алексин Иван Троецарствие, Автор - Алексин Иван, Серия - Федор Годунов [3], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Пролог — Государь, — склонился в поклоне Дмитрий Шуйский. Со скамьи, едва не опрокинув чернильницу на дубовый стол, суетливо вскочил невысокий подьячий, опустил плеть здоровенный мужик в кожаном фартуке, надетом на голое тело, оглянулся его более молодой помощник. Все трое тоже склонились в поклоне и застыли, не смея взглянуть царю в глаза. Гаврила Ломоть, вынырнув из-за спины Василия, бережно поставил на каменный пол изящный табурет с резными ножками, смахнул рукавом несуществующую пыль, отошёл в сторону, в пузатой кадке с водой. — Ну что скажешь, Дмитрий, — недобро скривил губы царь, проигнорировав выставленный предмет мебели, — что вор о Федьке Годунове сказывает? Указал ли, куда казну царскую с регалиями схоронил? — Василий смахнул со лба выступивший пот и с укоризной заметил: — Что ворога моего лютого поймать сумел, за то тебе, брате, моя хвала и милость царская. Но, почему я о том не ведаю? И зова от тебя не дождался. Сам, как видишь, пришёл. — Подарок для тебя готовил, государь, — спокойно ответил боярин, недобро покосившись в сторону Ломтя. — Вот только Ивашка-вор запираться удумал. Умаялись мы с ним, но ничего. До правды всё равно дознаемс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он ведь тогда под Москвой на сторону царя Василия от безысходности перешёл. Понял, что обманулся напрасной надеждой на спасение Дмитрия Ивановича. За вора воевать не захотел.

— Так не тот Шуйский, — отмер, наконец, Алёшка. — Не Иван, а брат его, князь Дмитрий! Он здесь.

— Чего?! — не поверил своим ушам Прокопий. — Он что умом рехнулся, сюда приехать?!

— Того не ведаю, Прокопий Петрович, — развёл руками Пешков. — А только боярин сейчас в хоромах у Фёдора Юрьевича сидит. Как в город приехал, там сразу к Булгакову и отправился. Я уже думал гонца к тебе посылать,

да ты, слава Богу, сам вернулся.

— К Булгакову, говоришь, — задумчиво протянул Ляпунов.

Первый воевода, царский стольник, Фёдор Юрьевич Булгаков-Денисьев происходил из старинного рода рязанских бояр. Поэтому, хотя его предки, при московских правителях никогда не состояли, в Переяславле-Рязанском вес имели не малый. Вот и Фёдор, значительно превосходя в родовитости худородного Ляпунова, был в городе первым воеводой. Что, впрочем, не мешало последнему сосредоточить в своих руках всю власть в уезде.

Ляпунов раздражённо посмотрел в сторону собственного дома, мысленно кляня свалившегося на его голову боярина. Он уже представлял было, подъезжая к городу, как попарится в баньке, выпьет чарку доброго вина, отдохнёт, выбросив хотя бы ненадолго из головы одолевающие его думы. А теперь нужно вновь садиться на коня, ехать к Булгакову, что-то делать с опальным боярином.

Вот что, князь Дмитрий, здесь мог забыть? Рязанские земли, сейчас, промеж двух сил словно в жерновах зажаты. Хорошо ещё, что основные силы тушинцев под Клушино разбиты и вор в Калугу сбежал. Не до Рязани ему сейчас, а небольшие отряды воров удаётся отбивать. Да и Годунов, пока, ещё в сторону рязанской земли не поглядывает. Пока.

Всё равно понятно, что приходит время сделать нелёгкий выбор. И выбор этот был очевиден.

Годуновых Прокопий не любил. Очень сильно не любил, до зубовного скрежета. Всё-таки не мало, за время царствования царя Бориса, Ляпуновы от него натерпелись. Захарий однажды даже под плети лёг. И вновь идти под руку его сына, было тяжко. Тем более, что молодой царь наверняка не забыл роль Ляпуновых в измене и переходе войска на сторону объявившегося царевича. Но не безродному же еврею в ноги кланяться? Уж лучше смерть на плахе, чем такое бесчестие!

— Сколько с князем воинских людишек прискакало?

—

Трое всего, господин.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул воевода. — Ты Алёшка, собери людей поболее да к усадьбе воеводы их веди. Покличу, сразу в дом врывайтесь. Понял ли?

— Понял, Прокопий Петрович.

— То-то!

Дмитрий Шуйский был пьян. Когда Ляпунов вошёл в повалушу, бывший всесильный боярин как раз, допивал очередной кубок, жадно глотая заморское вино.