— Может, всё же на кол, царь-батюшка? — с надеждой спросил вологодский воевода.
— Так добейте. Некогда нам с ним возиться. Тут того и гляди его сотоварищи на нас всех силой навалятся.
Я развернул коня, оставив за спиной малоприятное действо, вгляделся в лица окружающих меня воинов.
Выстоим ли?.
— Что будем делать, государь? — Безобразов сделал паузу и, так и не дождавшись ответа, продолжил:. — Черкас вдвое больше. Сомнут они нас. Может прав, тать; уходи с рындами по тракту к Ярославлю, а мы этих разбойников здесь встретим.
— Да не уйти нам, — отмахнулся я от предложения воевода. — Мы же весь день коней гнали, в Даниловском рассчитывая переночевать. Притомились они, пусть мы и с заводными шли. Черкасы сначала вас перебьют, а потом и нас догонят. Да и не привык я своих людей на погибель бросать.
— Так, может обойти? — подъехал Ефим, вставляя нож в ножны. — Здесь неподалёку тропа, что напрямки к селу ведёт, есть. Свернём с тракта. Пока черкасы догадаются, куда мы делись и следом поскачут, мы уже до села доберёмся. Там за тыном и будет легче оборонится.
— И то, — согласился я с сотником. Село в чистом поле стоит. Если все подходы перекрыть да от стрел как-то укрыться, то казакам, если они на штурм решаться, мало не покажется. Пусть пушек и мушкетов с пищалями у нас нет, зато у каждого в сотне по два колесцовых пистоля имеется. В упор бить, мы эту ватажку знатно проредим. — Вперёд, пока черкасы своего дозора не хватились.
До Даниловского мы не добрались буквально с километр. Лес начал редеть, плавно переходя в опушку, деревья раздвинулись в стороны, чуть впереди за заросшим травой лугом приветливо замахало ветками мелколесье.
Пистолетный выстрел развеял идиллию.
— Васятка весточку подал, — мрачно пробурчал Ефим. — Обошли нас тати!
Сотня резко остановилась, вздыбив коней, вынули луки, вглядываясь в еловые деревца. Навстречу, больше не таясь, вывалилась вражеская конница. Защёлкали первые стрелы, предваряя грядущую сшибку.
— Спасибо тебе, Васятка.
Я почувствовал, как наполняет душу бессильная горечь. Переиграли всё же, сволочи.
Теперь от боя не уйти. Не зря враги так радостно ревут. В прямом столкновении они нас сомнут. Вот только я по их правилам играть не собираюсь.
— Ефим! — нашёл я глазами сотника. — Сближаемся с казаками, но в рубку не идём. Даём залп из пистолей как учились. Они кучно скачут; порядком вражин выбьем. С близкого расстояния никакая бронька не поможет. Потом разворот и, уходя, из вторых пистолей бьём. Гренадеров здесь оставь! Отступление прикроют!
Эх, хотел я из тысячи Порохни рейтар сделать да не успел. Там на отработку взаимодействий уйму времени потратить нужно. Да и перед нами движущаяся навстречу конница, а не статичная пехота. В них, гарцуя перед строем, не постреляешь.






