ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Одержимость Фенрира, Автор - Снегова Анна, Серия - Самое главное глазами не увидишь [5], , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Одержимость Фенрира Снегова Анна Одержимость Фенрира, Автор - Снегова Анна, Серия - Самое главное глазами не увидишь [5], , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Глава 1 Фенрир Если Волк слишком долго не находит свою Пару, он начинает медленно умирать изнутри. Я не мог найти свою так долго, что кажется, наполовину уже мёртв. Снег глубоко проваливается под мощными лапами. Я бегу вперёд хищной тенью, и горы отзываются абсолютной, звенящей тишиной на приближение хозяина. Здесь, в Гримгосте, нет зверя больше и опасней, чем я. Это знают даже глупые горные бараны, на которых мне давно уже лень охотиться. Испуганно прячутся на вершинах острых скал. Ветер приносит мне острый запах страха. Свинцовое небо низко нависло над головой, с него медленно падают огромные хлопья, не тают на белой шкуре. Дыхание вырывается из моей пасти облаком пара. Быстрый бег всегда меня успокаивал. Чувство свободы – самое большое наслаждение из всех, которые я знаю. Для того, кто почти всю жизнь прожил на цепи, это бесценный дар. Самому решать, куда направить свой бег. Дышать полной грудью. Прежняя королева Гримгоста, безумная старуха Асура, держала эту незримую цепь в своих скрюченных когтях много лет, и я обязан был по древнему обету моих предков повиноваться каждому приказ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тешу себя мыслью, что когда я уйду из этого мира, оставлю его после себя чуть лучше, чем принял в наследство.

Может, хоть так обо мне останется память.

Гоню от себя дурные мысли о том, что это я так глупо пытаюсь компенсировать то, что после меня не останется тех, в ком должно бы жить моё продолжение на самом деле.

Мысли о детях, которых у меня никогда не будет – самые мучительные, разрывающие меня изнутри. Они приходят в Час Волка, самое глухое и мрачное время ночи. Радует только то, что никто не видит и не слышит меня в такие минуты.

Зевающие придворные постепенно расходятся по домам. Огромный дворец пустеет, остаются лишь стражи, почтительно вытягивающиеся в струнку, когда я иду медленно по бесконечным пустым коридорам.

Сегодня почему-то особенно тяжело.

Не греет даже радость от спасения чужой жизни, пусть и такой бестолковой.

Словно все горы Гримгоста упали мне на плечи. С трудом поднимаю ноги, пока добираюсь обратно в свою родовую башню.

Закрываю за собой дверь, устало падаю на закрытые створки спиной. Прикрываю на мгновение глаза.

Меня встречает оглушающая тишина.

Здесь и раньше

было тихо, много лет, после смерти родителей. Когда мы с Фрейей распустили всех слуг, не в силах выносить чужого присутствия и чужих участливых глаз, которые были свидетелями нашего горя.

Но пока здесь была сестра, меня хотя бы кто-нибудь ждал.

Я понял, какое это было счастье, когда кто-то ждёт, только когда его лишился.

Открываю глаза, медленно обвожу взглядом пустынный, тёмный холл. Ледяные стены, мебель из стабилизированного льда, какие-то ковры и засохшие цветы, которые натаскала сюда Фрейя. У меня рука не поднималась выбросить. Так и зарастает пылью.

Перед моим мысленным взором оживают призраки прошлого.

Вот отец – он любил таскать сестру на плечах. Она заливалась серебристым смехом, как звенит колокольчик.

Вот мать – смотрит на своего Волка так, как может смотреть только Истинная.

Вот Фрейе семь, и две нелепые, криво заплетённые светлые косички торчат во все стороны. Мои неуклюжие попытки заплести. Но она улыбается, ей нравится и так. Обнимает, привстав на цыпочки, и говорит, что я лучший брат на свете. У нас с ней большая разница в возрасте. Я никогда не был для неё хорошим приятелем по играм. И возможно, никогда по-настоящему не говорил, как сильно её люблю.

Хорошо, что теперь она счастлива. Её горящие глаза, когда жених приехал за ней в Гримгост, просить руки – одна из лучших вещей, что со мной случались в жизни.

Заставляю себя оторваться от двери и выпрямиться, пока не заснул стоя.

Тащусь через весь холл, забираюсь на винтовую лестницу, ведущую под крышу башни. Впиваюсь пальцами в

поручень, почти затягиваю себя наверх. Подъем занимает целую вечность, так трудно отрывать ноги от ступеней.