– Спасибо, стараюсь! Сейчас все так ходят! – весело отозвалась Ася.
Ей было страшно.
Бог знает, почему, именно теперь внутренности завязались узлом, в груди стоял холод, а горло сжало судорогой. Да какой она шаман! Она еще месяца два назад и представить себе не могла ничего подобного, смотрела себе аниме и читала фанфики! А теперь ей предстоит каким-то образом вызвать свою силу и вернуться в родной мир, да еще почти без всякой помощи. Отец... этот отец, и Ян тоже, конечно, постараются ее поддержать, но могут они вряд ли больше, чем она.
– Мировое древо, на котором висят в люльках нерожденные души, - вдруг вспомнила Ася.
Отец вздрогнул и на миг замер.
– Ты видела его? – спросил он.
– Да, но недолго, - смутилась Ася. – Почему-то сейчас оно кажется мне важным.
– Нерожденные души – это мы? – уточнил практичный Ян.
– Может быть, и так.
– Ну, значит, делов-то! Надо родиться. Хоть всем сразу. Доктор, хотите родиться?
– Не хочу! – взвыл Сорьонен. – И вам не советую.
– А я хочу. И плевать на остроголовых чертей! – заявила Ася, воинственно
воздев к небу колотушку. – Потому что хочу сама решать за себя, а не болтаться, как... ну, листок на ветру, допустим.
Ян фыркнул. Видимо, в этом мире существовал аналог почти сказанного ей выражения, и вероятно, такой же отвратительный.
– К тому же, ничего плохого с вами не случилось, - добавила она. – Ну почти.
И про рассечение решила все-таки не упоминать. А то мало ли, вдруг все изменится, и Ян откажется становиться шаманом, а отец никогда не найдет своего Марусю? С такими заявлениями стоило быть поосторожнее.
– Так что к делу!
– объявила она. – Папа, разжигай костер и готовь эти травы. Будем их туда бросать.
– Как мы поймем, что уже можно? – прикрывая собой тусклый огонек, спросил Дворжак.
– Пламя должно стать синим. Или дым, - припомнила Ася. – И еще должны появиться духи. Теоретически. Но духи вроде бы служат только рожденным шаманам, так что я не знаю, что у нас там появится...
Она прикрыла глаза.
Подождала немного, пытаясь успокоиться. Страх не отпускал ее, руки тряслись и холодели, по спине рекой тек ледяной пот. Было ужасно. Ян, видя, что ее всю трясет, сунулся было помочь, но Ася отмахнулась – и крепче сжала бубен. А потом, дождавшись, когда сердце снова неприятно дернется в груди, ударила в него колотушкой.
Пламя в костре поменяло цвет.
Отец удивленно выдохнул, а потом негромко выругался по-фински. Ян ойкнул.
Огонь, несмотря на ветер, горел ровно и ярко,
а на горизонте проступило то самое Древо.
– Какое красивое! – поделился Дворжак.
Отец сидел, прикрыв рукой лицо. Он не хотел этого видеть.
Ася поднялась и на негнущихся ногах подошла к костру.






