Кто-то с силой дернул мотоцикл, снимая его с нас, я успела заметить высокую фигуру парня, сверкнувшие яростью глаза. Молчаливо поставив подножку, он подошел к Никите и залепил ему приличную оплеуху по шее. Тот даже не пикнул, виновато повесив голову. Не успела я и рта раскрыть, как следующая оплеуха опустилась на мою шею. Было не
больно, но жуть как обидно. Я ведь даже не хотела на нем кататься!
— Малолетки чертовы. Еще раз увижу — уши оторву. Хоть бы шлем подружке надел, недотепа.
Вернувшись к мотоциклу, он пнул ногой подножку и с легкостью, словно эта махина ничего не весила, покатил обратно в сарай.
Никита вздохнул, глядя на меня оробелым взглядом. Волосы прикрыли мое лицо, побагровевшее от стыда и гнева, и я даже не успела как следует рассмотреть его брата. А это был он, я ни капли не сомневалась.
— Вот и познакомились, — пробормотала я.
— Извини, это все моя вина. Это не мой мотоцикл.
— Да я уж догадалась, — вздохнула я. — Не знаю только зачем я вообще полезла на это чудовище.
— Да ты что! Он классный! Как только мне исполнится шестнадцать, я тоже себе такой куплю. Буду тебя катать, — «обрадовал» друг.
— Мне сегодня хватило.
Я все еще сердилась на него. Из-за него я вся вымазалась в грязи, подол в мазуте. Мазут вообще отстирывается? Если мать увидит — мне точно несдобровать. И оплеуха меня будет ждать посильнее этой.
Я с недовольством уставилась на вышедшего из сарая парня. Какое право он имел так обращаться со мной?
Юноша был почти не похож на своего младшего брата. Темные волосы закрывали лоб и уши, выражение лица хмурое, ни тени улыбки. Губы поджаты. Наши с ним взгляды на миг пересеклись, и я поспешно отвернулась, успев отметить про себя, что общее у них все-таки кое-что было. Глаза. Только у Никиты был мягкий каре-зеленый цвет, цвет, который я любила сравнивать с осенней тайгой. А у старшего брата темная неприветливая зелень. Как в самой
глухой чаще.
Он ушел в дом, а мы еще долго приводили себя в порядок. Потом Никита пошел провожать меня, по пути мы завернули с ним на речку, чтобы забрать таз с постиранным бельем.
— Прости еще раз, — опять заканючил Никита, и я вздохнула.
— Да забей, не извиняйся. Сама виновата.
— Зря он тебя ударил. Ежу было ясно, что это я все организовал.
— Было не больно. Просто неприятно, — буркнула я. — Будет мне уроком, в следующий раз не садиться к неопытному водителю. Мы могли разбиться! Хорошо, что даже не выехали со двора.
Никита понуро молчал, вышагивая с моим тазом рядом.
— Я до сих пор не знаю, как зовут твоего брата, — вдруг осознала я. И захихикала. — Удивительно, что мы вообще его встретили.
— Его зовут Кир. Кирилл. Он старше меня на шесть лет. Да он дома почти не бывает, — пояснил Никита. — Он уходит вглубь леса чтобы охотиться. Бывает, что его нету по несколько недель.






