Он продолжает улыбаться, смотрит, ничего не объясняя.
Хмурюсь, не понимая.
— Но… здесь ничего нет. Эмм… Ни мебели, ни кровати.
— Всю дорогу размышляла о кровати? — красиво очерченные брови насмешливо приподнимаются.
Конечно же, я тут же краснею. Вот умеет он поставить в неловкое положение! Указательным пальцем ласково проводит по щеке, наклоняясь ко мне. От него приятно пахнет ментоловой жвачкой.
— Так нравится, как ты пылаешь, Огонек. Твоя белоснежная кожа — это нечто совершенное. — Зеленые глаза не отрываются ни на секунду, я тону в них медленно и с удовольствием. — А застенчивость заставляет хотеть еще сильнее и чувствовать себя порочным. Как озабоченный думаю о тебе целыми днями и ночами. Какая же ты вкусная… как конфета.
От сбивчивого шепота я совсем млею и таю в его руках. Теплые ладони очерчивают изгиб моих бедер, пальцы ныряют под джинсы, лаская ягодицы.
—
Кирилл…
— М?
Я так и не ответила ему, потому что он тут же поцеловал меня. Глубоко и тягуче, словно впитывая в себя. Язык двигался дерзко и уверенно. Вцепившись в широкие плечи, чтобы не упасть, я целовала его в ответ, снова чувствуя, что совсем пропала от его близости.
Как же сильно я его люблю! От осознания, что все сейчас настолько прекрасно, хотелось взлететь ввысь за облака. Настолько сильно меня переполняли бушевавшие эмоции. Глупые дурацкие бабочки в животе готовы выпорхнуть из меня как пузырьки шампанского. Можно ли почувствовать себя счастливее чем сейчас?
Я была готова заняться любовью прямо здесь у стены, не обращая внимания на отсутствие мебели. Потянула вниз его бомбер, стягивая с плеч. Не отрываясь от меня, он помог, затем то же самое проделали с моей ветровкой.
— Стеша… — пробормотал хрипло мне в губы, но я уже дернула его джемпер вверх, испугавшись, что он захочет остановиться.
Я не могла этого допустить, потому что он был нужен мне словно воздух. Прямо сейчас. Я хотела ощутить его в себе.
— Кирилл… Я сейчас сойду с ума, — прошептала в ответ, снова набрасываясь на него.
Низко застонав, он подхватил меня на руки и понес куда-то вглубь дома. Уверенно, словно уже бывал тут, повернул налево и мы оказались на просторной и светлой кухне с большим окном прямо за столешницей. Усадив меня на столешницу и не дав опомниться, расстегнул пуговицу на слишком узких джинсах, пытаясь их содрать с меня.
Хихикая, я приподняла попу, помогая. Прохлада столешницы тут же охладила кожу, но не мои раскаленные нервы. Пальцы стянули влажные трусики, коснулись промежности. Громко вскрикнула, едва он резким движением вошел в меня, и сразу потеряла ощущение реальности, потому что Кирилл двигался быстро и глубоко,
унося на запредельные вершины… Мы оба не могли ждать.
Очнулась и пришла в себя только когда мы кончили, не стесняясь стонов и жадных поцелуев.






