Выходные в Каламити, посвященные Дню памяти, всегда были оживленными, и, в отличие от большинства представителей старшего поколения, мне нравилось видеть тротуары, заполненные людьми. Такое количество людей было бы просто фантастическим для новой пивоварни, которую мы открыли в марте.
Прошлой осенью на продажу было выставлено еще одно старое здание в конце Первой
улицы, и мы купили его у предыдущего владельца, который решил закрыть свой бизнес по переработке дичи и уйти на пенсию. Итак, после десятикратной мойки здания отбеливателем, чтобы избавиться от запаха — даже после полной реконструкции, клянусь, бывали дни, когда я все еще чувствовала запах крови и жира, — мы переоборудовали его в пивоварню.
Наше меню было небольшим, в основном на маленьких тарелочках, для тех, кому просто нужно было быстро перекусить, пока они пьют пиво. Мы наняли пивовара из Бозмена, который хотел переехать в небольшой район, и по большей части дела предоставили вести ему.
По городу ходили слухи о том, что в Каламити появился еще один бар, и в основном они исходили от Джейн, потому что в течение многих лет она контролировала рынок выпивки на Первой улице со своим собственным баром. Но через пару месяцев она поняла, что в Каламити достаточно места для двух популярных мест.
Я улыбнулась, увидев, что парковка перед пивоварней заполнена до отказа, и продолжила свой путь к студии. Как только Элиас заметил «Лэнд Ровер» Пирса, он выскочил из коляски.
— Папочка! — Элиас размахивал пухлыми ручками, когда бежал по тротуару.
— Привет, приятель. — Пирс подхватил его, подбросил в воздух, а затем обнял так, словно они не виделись несколько недель, а не пять часов.
Пирс стоял почти на том же месте, что и много лет назад, когда мы впервые встретились. Я рассмеялась, вспомнив, каким красивым он выглядел в том костюме. Совершенно неуместный, но совершенно притягательный.
В последнее время он не так часто надевал костюмы. Он предпочитал джинсы, подобные тем, что были на нем сегодня, которые облегали его сильные бедра и длинные ноги. Но он был таким же притягательным. Таким же неотразимым.
Подойдя
к ним, я отодвинула коляску в сторону и наклонилась к Пирсу.
— Привет, детка. — Он поцеловал меня в волосы. — Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо. — Я сложила руки на животе. Устала, но чувствую себя хорошо. В наши дни жаловаться было не на что.
После тридцати дней, проведенных в коттедже, Пирс сделал мне еще одно предложение, на этот раз с бриллиантовым кольцом. Месяц спустя мы поженились в одном из моих любимых мест в предгорьях за городом, рядом с нами была наша семья и близкие друзья.
Как только адвокаты оформили все документы, я усыновила Элиаса. Затем мы начали строительство нашего нового дома.






