В какие-то моменты он мне нравился. Сильно. В другие мне хотелось встать за спину Нелли, когда она влепит ему пощечину. Он мог быть таким придурком по отношению к ней, но то, как он любил моего сына, было восхитительно. Его преданность Пирсу была непоколебима.
— Как насчет того, чтобы всем вместе сходить в пивоварню? — Струйка воды потекла по моей ноге.
— Что это, черт возьми, такое? — спросил Кэл.
— Не выражайся! — огрызнулась я. Элиас повторял все, что говорил Кэл. — И у меня отошли воды.
Получается… бок тянуло сегодня не просто так.
Пирс приступил к делу, взяв меня за руку и направив к своему внедорожнику.
— Нелли…
— Я присмотрю за Элиасом, — сказала она. — Мы пойдем ко мне пешком.
— Он еще не обедал, — сказала я ей, когда Пирс помог мне сесть на пассажирское сиденье.
— Покормим, — сказал
Кэл.
Покормим? Мне не хотелось, чтобы мой сын оказался в эпицентре их очередной ссоры.
— Может, тебе стоит просто позволить Нел…
Пирс закрыл за мной дверь прежде, чем я успела закончить фразу.
— Я присмотрю за ним, — крикнула Нелли достаточно громко, чтобы я услышала.
Я кивнула, когда новая боль усилилась.
— О, это… странно. Надо дышать.
— Хорошо. — Пирс сел за руль.
Я разговаривала сама с собой, но, когда он сел за руль и краска отхлынула от его лица, я поняла, что мы оба нуждаемся в напоминании.
— Эй. — Я потянулась и положила ладонь ему на плечо. — Я люблю тебя.
— Я люблю тебя.
— Мы встретимся с ней сегодня.
Он неуверенно улыбнулся мне, едва взглянув, пока мчался через город в больницу.
— Мы встретимся с ней сегодня.
Но на самом деле это произошло завтра.
На следующее утро, в половине пятого, родилась наша дочь, Констанс Мэй Салливан.
Когда нас выписали из больницы, Пирс уже ехал к нам домой, чтобы забрать Элиаса и наши сумки.
Потому что первым делом мы
хотели отвезти ее в коттедж.
Бонусный эпилог
Пирс
— Еще! Еще! — просила Констанс, плавая в джакузи в коттедже.
Мы понизили температуру, чтобы дети могли играть здесь и им не было слишком жарко, и теперь он стал их личным бассейном.
— Ты готова? — Я подхватил ее под мышки и подбросил в воздух, отчего она с шлепком упала в воду. Ей было два года, поэтому она не произвела особого всплеска. Надувные розовые крылышки вокруг ее бицепсов подняли ее прямо из воды, и я услышал, как она хихикает.
— Теперь моя очередь, папочка. — Элиас подплыл ко мне, устроился у меня на коленях и заткнул нос, прежде чем я подбросил его в воздух. В свои четыре года мой сын был огромным и, когда он приземлился, вода выплеснулась на заснеженный внутренний дворик.
— Воды там не останется, — сказала Керриган с порога.
Я усмехнулся и посмотрел через плечо.
— Ты идешь?
— Ужин будет готов через двадцать минут. Но, может быть, мы сможем немного попозже посидеть в джакузи. — Она подмигнула мне, прежде чем исчезнуть внутри.






