Одним движением снизу вверх воткнул саблю орку между ног.
В глазах орка промелькнуло удивление, и он свалился со стены. Следовавший за ним орк таки опустил свое копье, туда, где я только что лежал. Но меня там уже не было. Судорожно перебирая ногами и извиваясь всем телом, я как был, на спине, отполз к своим.
И все же следующим движением он бы меня достал если бы не слитный залп, который пронесся у меня над головой.
Естественно, я его не слышал. Только увидел, как на телах орков взрываются маленькие кровавые фонтанчики. Залп снес сразу двух орков. Остальные медленно попятились назад к лестнице. Это дало мне мгновение вскочить на ноги.
Как оказалось, дела у тройки Яниса, что прикрывала нам спину, обстояли гораздо лучше, чем у нас. Их атаковало только четверо орков, на которых со спины напали солдаты Семеновского полка под командованием прапорщика Шереметьева. На остальных участках стены атака орков захлебнулась, и солдаты уже планомерно зачищали стену. Так что они очень вовремя пришли нам на помощь, иначе как пить дать, нас сейчас бы соскребали со стены.
– Спасибо, Сергей Михайлович! – не преминул поблагодарить я, едва встав в строй и переведя дух. – Если бы вы не подоспели, крышка бы мне точно настала!
– Крышка? – не понял прапорщик.
– Ну накрылся, бы медным тазом, - решил пояснить я.
– А зачем вам накрываться медным тазом? Да и не получится это у вас, Андрей Борисович, даже самый большой таз для этого весьма мал! Эко как вас сильно по голове оказывается приложили, заговариваться стали!
Видя сочувственное и даже скорбное выражение на лице Шереметьева,
счел за лучшее не развивать тему крышек и прочей посуды и просто сказал:
– Спасибо, прапорщик, вы очень вовремя подоспели!
– Да, полноте, Андрей Борисович! Это я вас должен благодарить. Если бы не ваши смелые и решительные действия, супостат точно прорвался бы в город!
Вы со своим десятком сковали действия минимум сотни орков на этом участке. А ведь он ключевой. Если бы вас смяли, и они прорвались, то это был бы позор, который лег бы несмываемым пятном не только на мою честь и честь моих потомков, но и на честь моего рода!
– при этих словах, Шереметьев как-то разом сник и постарался по-быстрому завершить тему.
– Так что это я вам обязан по гроб жизни!
Пока мы обменивались любезностями, орки остановились и, по-видимому, решили снова перейти в атаку. Однако несколько командных жестов Шереметьева и дружный залп семеновцев заставил орков окончательно побежать.
Дальше мы пошли очищать стену вместе: солдаты Шереметьева и мой десяток ополчения. Сопротивления мы почти не встретили и вскоре дело было сделано.
Высунувшись между зубцами крепости, мы с Шереметьевым наблюдали, как орки отступали от стены унося своих раненых и убитых.






