Я снова приняла душ, просто потому что мне хотелось побыть в привычной обстановке собственной ванной комнаты и почувствовать знакомый аромат шампуня. Тия заказала пиццу. Мы устроились на диване и разговорились. Я немного рассказала им о том, что произошло в разломе, но не стала упоминать свою мать из разлома и самоцвет. Они рассказали мне, что произошло, пока меня не было.
Судя по всему, штаб-квартира «Холодного Хаоса»» была местом, о котором слагали легенды, и чудесным местом, где еду доставляли прямо к двери, где были игровые приставки и крытые бассейны.
После того как «Холодный Хаос» привёз их в штаб-квартиру, они позвонили своему отцу.
Он не ответил на их звонок.
Они оставили сообщение,
в котором говорилось, что я умерла и им нужен он. Он так и не перезвонил. Потом Тия открыла папку на случай моей смерти на ноутбуке.
Ной тяжело переживал это. Он считал, что отец его не бросил. Он просто ушёл из-за какого-то странного недопонимания, и если бы они только могли сесть и поговорить, мой сын был уверен, что отец посмотрит на ситуацию его глазами и вернётся. Это была последняя возможность Роджера стать отцом, и он её упустил. Ной, наконец, всё понял, и ему было больно.
Я познакомилась с Фелицией Террелл, и она оказалась коброй в деловом костюме. Её не пустили на мой допрос в КМО, но она ждала снаружи, пока я не выйду, а затем вмешалась, когда меня окружили журналисты. Её услуги стоили дорого, но это того стоило.
Элиас прекрасно позаботился о моих детях. Это было так неожиданно.
Я оттолкнулась от дивана и осторожно поднялась.
Тия пошевелилась под одеялом.
— Мам?
— Да, милая?
— Ты не уходишь?
— Конечно, нет. Я собираюсь отвести Мишутку на задний двор, чтобы она сходила в туалет, а потом лягу спать.
— Ты обещаешь?
— Я обещаю. Не волнуйся, солнышко. Я никуда не собираюсь. Это же я.
— Я знаю, — пробормотала она. — Я проверила.
Что это значит?
— Что теперь будет? — спросила она.
— Все пойдет своим чередом. Кризис миновал. Я сказала в КМО, что мне нужно две недели отпуска, чтобы прийти в себя. У меня накопилось много отгулов. Мы немного отдохнём, приведём себя в порядок и продолжим жить своей жизнью.
— Всё будет хорошо? — спросила она.
— Да, — сказала я ей. — Всё будет хорошо. Я об этом позабочусь.
Она счастливо вздохнула и закрыла глаза.
Я прошла через весь дом к задней двери. Мишка следовала за мной, как большая молчаливая тень. Я открыла дверь с кухни, и Мишка выскочила на траву, обойдя по периметру
наш задний двор.
Я села на ступеньках крыльца. Надо мной простиралось бескрайнее и прекрасное ночное небо. Наконец-то я была дома. Кошмар с разломом закончился.
Я подумала об Элиасе МакФероне. В нём было много силы и готовности её использовать. Я попросила его солгать КМО, и он даже глазом не моргнул.






