Я выбросила пластыри, а всё остальное оставила.
Остальная часть моей добычи состояла из восьми энергетических батончиков, семи фляг по литру, двух KitKat, одной портативной аптечки и упаковки жевательных конфет пропитанных канабисом. Я положила конфеты и энергетические батончики
в карман рюкзака, засунула туда же аптечку и запихнула внутрь столько фляг, сколько смогла. Влезло только четыре фляги. Плюс одна на поясе — всего пять.
— KA-BAR. — Я показала нож Мишке. — Вот оружие, с которым нам придется работать. Вся наша огневая мощь. Прямо здесь, в моей руке.
Похоже, на Мишку это не произвело впечатления.
Если бы в команде сопровождения были бойцы ближнего боя, а не атакующие, я бы могла выбрать оружие ближнего боя. Но это мне не сильно бы помогло.
Я взвесила KA-BAR в руке.
— Мы выберемся отсюда, даже если мне придётся прорубаться сквозь всех монстров в этом чёртовом разломе.
А если серьезно, то, что убило штурмовую группу, скорее всего, всё ещё где-то там. Джейс, танк штурмовой группы, был защищён более чем сотней фунтов адамантита, который он носил как спортивные штаны, потому что был настолько силён, что мог выжать машину. Блу Савант стрелял молниями из кончиков пальцев. У Ксимены, импульсной резчицы, время реакции составляло пятьдесят миллисекунд,
и она могла разрезать на куски целую орду монстров своими парными мечами.
У меня был KA-BAR, и мне нужен ибупрофен для коленей после забега на 100 метров.
А что было альтернативой? Сидеть здесь и умирать?
Я осмотрела всех погибших людей. Следующими были серые нападавшие. Их было четверо, они лежали в разных местах по всей пещере. Я подошла к ближайшему телу. Серый саван, окутывавший труп с четырьмя руками, зашевелился.
Я остановилась.
Саван тянулся ко мне длинными нитями, словно водоросли, колышущиеся на волнах. Позади меня заскулила Мишка.
Я
напряглась
. Серый саван вспыхнул ярко-оранжевым. Это было нечто среднее между растением и животным, странный гибрид. Миксотроп, похожий на одноклеточную эвглену, которая использует фотосинтез, как растение, но передвигается и поглощает пищу, как животное. И если бы он меня коснулся, я бы умерла. Я понятия не имела, откуда я это знаю, но была абсолютно уверена. Он бы убил меня.
Я попятилась. Саван задрожал, словно от досады, и снова опустился на труп.
Оранжевый состоял из жёлтого и красного, и если жёлтый означал опасность, то красный указывал на что-то полезное или
ценное. Что бы ни означал этот оттенок красного, исследовать его не стоило. Все четыре трупа нападавших были им окутаны. О том, чтобы подойти к ним, не могло быть и речи.
Я сглотнула и повернулась к женщине в голубом.
До этого момента я успешно избегала мыслей о ней и о драгоценном камне. Но теперь выбора не осталось.






