Крадется неуверенно и как будто боится меня испугать. Или боится, что я вновь выгоню ее отсюда.
— Тебе… тебе нужно что-то? — она поднимает на меня робкий взгляд. — Ты уже долго здесь сидишь.
— И что?
— Ничего. Просто я подумала, может, ты не хочешь быть один.
Я усмехаюсь.
Жестко. Беззвучно.
— Ошибаешься.
Она слегка вздрагивает. Стоит в метре от дивана, теребит длинные рукава своей толстовки. И не уходит.
— Я..., — она закусывает губу. — Я могу принести чаю или еды. Ты же опять только пил…
Я медленно поднимаюсь с дивана, не могу больше сидеть. Слишком тесно становится внутри.
— Слушай, сестра Пирата…, — начинаю я.
Она криво улыбается.
— Меня зовут Лера.
— Лера, — повторяю я. — Ты хорошая. Но я не тот, с кем стоит заваривать чай.
Девчонка слишком быстро кивает. И все равно стоит.
— Но ты… ты мне нравишься, Тём.
Вот так. Честно. В лоб. Как кулак.
Я смотрю на нее, на ее смелость. На ее голые ноги, на ее глупое худи с лисой и с рисунками маркерами на рукаве.
И не чувствую ни-че-го. Ни жалости. Ни раздражения.
Просто пустота. Впрочем, как и всегда.
— Прости, Лер.
— Уже привыкла, — отвечает она тихо и разворачивается.
Уходит спокойно, не хлопнув деревянным люком. И только тогда я снова сажусь на диван.
Я снова поднимаю лист
с глазами. Провожу пальцем по зеленому зрачку.
Вдруг – резкая вспышка памяти, как выстрел:
...Я лежу на холодной земле, весь в крови. Дышать не могу, воздух хрипит в легких.
Сверху раскинулось черное небо, усыпанное звездами.
«Красиво подохнуть под ними» - мелькает мысль.
И вдруг – крик. Женский. И следом ее лицо склоняется надо мной. В глазах паника. Или боль. Я не понимаю.
Потом – темнота.
ГЛАВА 8.
Аня
Мама возится у плиты, тушит овощи в сотейнике, периодически помешивая их. В духовке запекается курочка, в квартире стоит домашний и аппетитный аромат. Без него дом будто пустой. А с ним вроде бы все в порядке.
Я сижу напротив, в старой футболке и чищу картошку, волосы завязаны в высокий пучок.
— Еще, мам?
— Еще немного, — отвечает мама, даже не оборачиваясь.
Она всегда все
знает, словно у нее глаза на затылке. А я улыбаюсь краем губ, ощущая внутри легкий трепет от предстоящего разговора.
— Ма-а-а-ам, я хочу тебе кое-что рассказать.
— Я во внимании.
— Мне нравится один парень, его зовут Игорь.
— Игорь, — повторяет мама, вытягивая гласную «и», будто пробует его имя на вкус. — И что за Игорь?
Я начинаю с захлебом все рассказывать.
Про то, какой он красивый и как с ним интересно. Про то, как он смешно шутит. Про глаза — карие, но не теплые, а такие внимательные. Про то, что он встречает меня возле универа, говорит, что скучал, но не давит. Как будто рядом с ним тихо, и в этой тишине можно дышать.
Мама кивает, отставляет сотейник с конфорки и выключает газ.
— Хорошо.






