— Не только прыгают! Там и мужчины есть! Сильные, атлетичные! — Лёха пытался шутить, но в его голосе сквозила какая-то нервозность. — Пожалуйста, Шторм. Для меня. Потом пивом отольюсь лучшим. Или виски. Каким захочешь. Или новым глушителем для «Динамита»? — Он явно палил из всех орудий.
Марк вздохнул. Глубоко. Больно. Новый глушитель… Заманчиво. Но дело было не в глушителе.
— Ладно, чёрт с тобой, — сдался он. — Через двадцать минут. Но если там будет скучно — уезжаю сразу.
— Не будет скучно! Обещаю! — Лёха затараторил с явным облегчением. — Спасибо, братан! Ты лучший! Жду!
Связь прервалась. Марк опустил телефон, уставился на потухший Динамит. Ледовая арена. Блёстки, слащавая музыка. После кровавого ринга и рёва мотора. Это было как прыгнуть из костра
в ледяную прорубь. Он снова застонал, но слово дал. Лёхе не откажешь. Особенно когда он так просит.
Шторм завёл Динамит. Рёв мотора в закрытом гараже оглушил. Он вырулил на ночную улицу и направился к центру города, к сияющему, как ледяной дворец из сказки, зданию Северной Арены.
Контраст был ошеломляющим. После грохота Колизея, рёва мотора и тёмных улиц Северная Арена встретила его ослепительным светом, прохладой и тишиной. Не абсолютной, конечно. Гул голосов тысяч зрителей, доносящаяся из-за тяжёлых дверей арены музыка, но это была другая вселенная. Чистая, вылизанная, пахнущая дорогим парфюмом, попкорном и льдом. Резким, чистым запахом льда.
Марк чувствовал себя белой вороной. Вернее, чёрным вороном среди павлинов. Его потрёпанная кожаная куртка, чёрная шапка, мятые джинсы, тяжёлые ботинки, покрытые дорожной пылью, шрам над глазом и свежие синяки резко контрастировали с нарядной публикой: дамы в вечерних платьях и шубах, мужчины в костюмах, дети в ярких куртках. На него оглядывались. С любопытством, с лёгким осуждением. Он старался не смотреть в ответ, уткнувшись взглядом в сверкающий пол фойе.
— Шторм! Братан! Ты приехал!
Лёха вынырнул из толпы, как спасательный круг. Он выглядел… блестящим. Буквально. Тёмные, идеально сидящие джинсы, стильная замшевая куртка поверх белого свитера, дорогие кроссовки. Лицо гладко выбрито, волосы уложены с лёгкой небрежностью, которая стоила больших денег парикмахеру. Он сиял улыбкой и уверенностью, но Марк, знавший его с детства, уловил лёгкое напряжение в уголках глаз.
— Приехал, — буркнул Марк. — Где мои билеты? И где тот твой новый глушитель?
Лёха рассмеялся, хлопнул его по плечу.
— Потом, потом! Сейчас шоу! Идём, наши места отличные! Рядом с самой кромкой льда!
Он сунул Марку билет, взял его под локоть и поволок сквозь толпу к входу на трибуны. Марк шёл, косясь на дорогие витрины буфетов, на сверкающие логотипы спонсоров. Мир Лёхи. Успешный, гламурный, далёкий от подвальных драк и закопчённых гаражей.






