Но мою корреспонденцию у Вики Ерохин выхватывает, как делает это, примерно, всегда, чтобы повыделываться и подоставать меня через Вику.
Вика шипит на Ерохина, обзывает дебилом и за руку его цепляется, пытаясь забрать записку, но Стас отпихивает ее, разворачивает бумажку, читает и ухмыляется.
— Ерохин, в чем дело?! — строго произносит Анна Николаевна, заметив возню во втором ряду.
— Это
не я, это Новикова, — дурачится тот. — Скажите ей, она меня бьет.
Кулаки сжимаю. Как же он меня бесит!
— Козел! — шепотом выпаливает Вика.
— Еще и обзывается! — жалуется Стас.
— Я не хочу с ним сидеть! — парирует Вика.
— Ну-ка, перестали! Вы в одиннадцатом классе или в первом?! — одергивает обоих учитель. — Скоро экзамены, а вам все хиханьки да хаханьки!
У нашей математички не забалуешь. И пересаживаться она не разрешает. Реально, как в началке, нас рассадила: мальчик-девочка. Ну не тупость ли?
Ладно хоть другие учителя адекватные, такой фигней не страдают, и за исключением алгебры и геометрии, мы с Викой везде вместе сидим.
Уже после звонка Вика дублирует свое приглашение.
И я спрашиваю:
— А кто у тебя?
— Никого.
Соглашаюсь конечно.
Мне нравится бывать у Новиковых.
У них трехкомнатная квартира на семью из трех человек. У Вики своя отдельная комната с телевизором, в то время как мы с дедом делим одну на двоих. И телик у нас тоже общий.
Когда я младше была, меня это не напрягало, а теперь все чаще хочется побыть одной, посмотреть свои сериалы и передачи, книжку почитать не из дедушкиного книжника, типа, “Горький дым Саванны”, а про любовь.
У Викиной мамы собрана целая коллекция романов
из серии “Алая роза”, и я уже больше половины прочла.
Дед, конечно, не одобряет. Недавно увидел, что я читаю, по обложке же понятно, и скривился весь. Поэтому я всё больше читаю романы украдкой, но иногда так зачитываюсь, что ничего не вижу и не слышу.
Даже не верится, что на свете существует такая любовь и такие мужчины.
Правда когда читаю интимные сцены, чувствую себя странно. Мне и стыдно, и так волнительно, в груди печет, а в животе порхают бабочки.
Знаю, что некоторые девочки в классе уже занимались
этим
. Вика говорит, что тоже хочет попробовать.
А я не понимаю, как можно просто попробовать. Без любви, чисто ради любопытства — позор какой.
После школы мы ненадолго ко мне заходим.
Вика в коридоре топчется. Я оставляю на полке половину учебников, переодеваюсь и деда предупреждаю, что до вечера буду у Вики. Он поправляет слуховой аппарат, хмурится и издает
горлом недовольные хриплые звуки.
Мою лучшую подругу он тоже, почему-то, не одобряет. В открытую не говорит, но сдержанную досаду и холодок в голосе, когда про Вику речь заходит, я все чаще замечаю.
Вика моего дедушку тоже побаивается.






