В любом случае вы уже ультра, так что сейчас разговор идет не о наращивании общей мощи, а о раскрытии и освоении конкретного дара.
— Я всё понимаю, конечно. И это несомненно прекрасное предложение, — заверил меня император. — Как насчет остальных? Моя супруга и сын тоже хотели бы стать сильнее и здоровее.
Ещё бы!
И тут я вспомнила один нюанс… Черт!
— Знаете, Алексею я охотно помогу пробудить его спящий дар и развить на тот уровень, который он сам сможет освоить, — произнесла я всё тем же ровным голосом. — Но вот насчет Елизаветы Константиновны… Не уверена.
— Почему? — прищурился правитель.
— Понимаете, тут такое дело, — я прочистила горло, неожиданно ощутив себя на краю безобразно глубокого ущелья, — недавно мы выяснили, что женщины, чья регенерация довольно велика, являются невольными катализаторами принудительного открытия разломов. Именно женщины. Я
не знаю, случайность это или закономерность. Пока нас таких только двое: я и моя ученица Светлана, одна из сотрудниц госпиталя. Мужчины, которым мы привили регенерацию, не обладают данной способностью.
— Вот как… Знаете, да. Я читал этот отчет генерала Ибрагимова, — удивил меня император. — Понимаю ваши опасения, но хочу заверить, что они беспочвенны. В повседневной жизни мы пользуемся артефактами, полностью блокирующими нашу ауру. Я знаю, что аномалии питаются остаточными эманациями магии, которая окружает одаренных. Лучшие ученые империи регулярно совершенствуют экранирующие амулеты и артефакты, так что в этом плане можете быть спокойны. Иных противопоказаний нет?
— Нет, — пришлось согласиться мне.
— А можно вопрос? — поднял руку цесаревич, прямо как примерный школьник на уроке, и я взглянула на него. — Полина Дмитриевна, вы сейчас сказали, что у меня есть спящий дар регенерации. Где он? И почему я об этом не в курсе?
Тут уже удивилась я. Его не учили смотреть вглубь себя? Откуда тогда об этом знает Стужев? Не может же быть, чтобы его учителя были умнее учителей цесаревича!
Хотя…
Хрен их всех знает!
— Ваше высочество, вы умеете заглядывать внутрь своего ядра?
— Внутрь? — нахмурился Алексей. — Ну… да.
— Как глубоко?
— Зачем?
Хм-м…
—
Я покажу?
— Конечно.
Мужчина настолько торопливо поднялся с места и шагнул ко мне, что я даже чуток напряглась, но потом заставила себя выдохнуть, собраться с мыслями, положила руку ему на грудь, прося ослабить щиты и не принимать меня агрессивно, и предельно аккуратно изучила его ядро сначала снаружи. Я-то проникну, мне для этого достаточно магический взгляд расфокусировать… А он?
— Следите за моим щупом, — попросила я. — Это чистая регенерация, вам она не причинит никакого вреда. Следите за самым его кончиком.






