ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Графиня, Автор - Кароль Елена, Серия - Зараза [4], , Жанр - Городское фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Графиня Кароль Елена Графиня, Автор - Кароль Елена, Серия - Зараза [4], , Жанр - Городское фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Пролог Четырехклеточный эмбрион. Это много или мало? Я не могла ответить себе на этот вопрос, битый час рассматривая «опухоль», своими размерами не превышающую половину миллиметра. Это было ужасно. И вместе с тем… Я не могла решиться. Это ведь так просто — уничтожить. Это ещё не ребенок. Это четыре клетки зародыша. Но… Я не могла. Не могла! Не могла убить это чудо. Действительно чудо… Я ведь не хотела. Не планировала. Не собиралась! Даже мысленно! Это ведь такая ответственность! Особенно сейчас! Особенно когда миру осталось всего ничего… И я… Что я? Рожу ребенка, чтобы он умер? Боже мой… Знает ли Стужев? А может и вовсе всё подстроил? Хотя… Как? Он не регенерат и не целитель. Менталист разве что, но… Боже мой, я с ума сойду от этих мыслей! Но… Рожать? Или не рожать? А если рожать, то замужем или нет? Обречь ребенка на клеймо ублюдка… Нет. Никогда. С ним справилась я, потому что мне плевать. Но люди жестоки… Очень жестоки! А мир? Миру осталось несколько лет! А потом всё. Я помню про точку невозврата. Отлично помню. И помню, что лекарства нет. Но искали ли его? Знают ли вообще люди о том, что мир болен? Хотя… Должны знать. Хотя бы менталисты. Те, кто си

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На болото прибыло семь машин.

Первая с «Витязями». Во второй меня привез Тимур, всё-таки я присутствовала не как член боевой команды, а как опытный целитель и немного менталист. Для надежности я прихватила с собой Владимира и Сергея Анатольевича. Пусть лучше подстрахуют, лишним не будет.

В третьей приехали изобретатели и Жданов, рядом с ним нарезал нервные круги Ржевский, переживающий за исход дела чуть ли не сильнее всех нас вместе взятых.

В четвертой, пятой и шестой прибыли Ибрагимов и специалисты с кучей аппаратуры.

В седьмой — цесаревич.

Понятия не имею, зачем, спрашивать не рискнула, но за исход операции стала переживать даже больше Ржевского. Потому что, если мы облажаемся и сегодня… Это будет фиаско. Полное и безоговорочное позорное фиаско!

Но вот настал час Х, все заняли заранее отрепетированные места, я для верности облачилась

в доспех, Щен взял в руки иссушитель, Стужев обнажил клинок, щедро напитав его менталом…

Обратный отсчет пошел.

Мы с Ржевским и Доком стояли примерно в пятнадцати метрах от аномалии, остальные и того дальше, чтобы не попасть под взрыв реальности, если что-то пойдет не так, но сегодня мироздание было на нашей стороне и операция прошла четко по сценарию: раз — Стужев перерубает канал подпитки, два — Щен врубает на полную мощность «иссушитель», три — обесточенная аномалия, подвергшаяся атаке тревожно пульсирует и… Ей не хватает мощности, чтобы взорваться и проникнуть в наш слой реальности.

Полторы секунды — и она иссушена в ноль, а на месте, где ещё недавно пульсировало энергетическое пятно, пусто.

Идеально пусто!

— Да! Да-да-да! — завопила я, не выдержав накала страстей и кинувшись обнимать Дока, который так удачно оказался под рукой. — Мы сделали это! Сделали!!!

Кричала не одна я.

Возбужденно переговаривались Витязи, что-то невнятное и лихое вопил Ржевский, с улыбками пожимали друг другу руки имперские специалисты, а ко мне с сияющей улыбкой на лице шел муж и я тоже поспешила к нему навстречу.

— Мы сделали это!

— Ты сделала это, —

с чувством произнёс Стужев и поцеловал крепко-крепко. Почти неприлично. — Умница моя. Самая лучшая женщина на свете.

— Ой, захвалишь, — засмущалась, блаженно щурясь, но даже не думая убирать руки с его шеи, как и он свои с моей талии.

— И это будет заслуженно, — заверил меня Егор, после чего коротко поцеловал в губы и чуть прищурился, бросая внимательный взгляд поверх моего плеча.

Я тоже туда посмотрела, обернувшись, и сразу увидела, что нашего внимания поразительно терпеливо ждут сразу трое: Ибрагимов, цесаревич и мужчина из числа научников. Даже немного неловко стало.

Впрочем, я уверенно изобразила невозмутимость, встала более прилично (рядом с мужем), и придала лицу максимально учтивое выражение.