ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кавказский отчим. Девочка монстра, Автор - Соболева Ульяна, , Жанр - Остросюжетные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Кавказский отчим. Девочка монстра Соболева Ульяна Кавказский отчим. Девочка монстра, Автор - Соболева Ульяна, , Жанр - Остросюжетные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Глава 1 Арина Смерть пахнет дешёвыми гвоздиками и разбитыми мечтами. Я стою у края могилы и чувствую, как моя жизнь рассыпается в прах вместе с телом бабули. Дождь хлещет по лицу, смывая тушь, которую я наносила утром дрожащими руками. Хорошо. Пусть смывает всё — макияж, надежды, иллюзии о том, что у меня есть будущее. Восемнадцать лет. Восемнадцать чертовых лет я думала, что знаю, как устроен мир. Что буду учиться в университете, работать, жить как нормальные люди. А теперь у меня есть только чёрное платье, которое мне мало, и тридцать тысяч рублей — всё наследство. — Соболезную, дорогая, — бормочет очередная тётка, сжимая мою руку липкими от слёз пальцами. — Елена Петровна была святой женщиной. Да, была. Единственным светлым пятном в этом гребаном мире. А теперь её нет, и я одна среди чужих людей, которые смотрят на меня с жалостью. — Арина. Голос разрезает воздух, как лезвие по коже. Низкий, хриплый, с горским акцентом. Я поворачиваюсь и замираю. Мужчина. Высокий, широкоплечий, в дорогом чёрном костюме. Типичный кавказец — смуглая кожа, резкие скулы, квадратная челюсть

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кавказский отчим. Девочка монстра

Соболева Ульяна

Кавказский отчим. Девочка монстра, Автор - Соболева Ульяна, , Жанр - Остросюжетные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью.

Глава 1

Арина

Смерть пахнет дешёвыми гвоздиками и разбитыми мечтами.

Я стою у края могилы и чувствую, как моя жизнь рассыпается в прах вместе с телом бабули. Дождь хлещет по лицу, смывая тушь, которую я наносила утром дрожащими руками. Хорошо. Пусть смывает всё — макияж, надежды, иллюзии о том, что у меня есть будущее.

Восемнадцать лет. Восемнадцать чертовых лет я думала, что знаю, как устроен мир. Что буду учиться в университете, работать, жить как нормальные люди. А теперь у меня есть только чёрное платье, которое мне

мало, и тридцать тысяч рублей — всё наследство.

— Соболезную, дорогая, — бормочет очередная тётка, сжимая мою руку липкими от слёз пальцами. — Елена Петровна была святой женщиной.

Да, была. Единственным светлым пятном в этом гребаном мире. А теперь её нет, и я одна среди чужих людей, которые смотрят на меня с жалостью.

— Арина.

Голос разрезает воздух, как лезвие по коже. Низкий, хриплый, с горским акцентом. Я поворачиваюсь и замираю.

Мужчина. Высокий, широкоплечий, в дорогом чёрном костюме. Типичный кавказец — смуглая кожа, резкие скулы, квадратная челюсть, нос с лёгкой горбинкой. Тёмные волосы зачёсаны назад, на висках серебристая проседь. Глаза чёрные, холодные, безжалостные. Глаза человека, который привык брать то, что хочет, и не слушать возражений.

Я его никогда не видела. Уверена. Такого мужчину невозможно забыть.

— Кто вы? — шепчу я, и мой голос звучит жалко.

— Камран Байрамов, — представляется он с явной неохотой. — Муж твоей матери.

Удар. Прямо в солнечное сплетение.

— Что? — выдыхаю я. — Какой муж? Мама в коме!

— Была в коме, — поправляет он холодно. — Ира умерла вчера вечером.

НЕТ. Это не может быть правдой. Мама не могла умереть, не приходя в сознание. Я должна была её увидеть, поговорить с ней, хотя бы раз в жизни…

— Вы лжёте! — кричу я, и мой голос эхом разносится по кладбищу.

— Я не лгу, — отвечает он ровно, без эмоций. — И не повышай на меня голос.

Его тон такой властный, такой привычный к подчинению, что я инстинктивно замолкаю. А потом взрываюсь от злости.

—

Да кто вы такой, чтобы мне что-то запрещать?! — визжу я. — Я вас в глаза не видела!

— Теперь увидела, — сухо отвечает он. — И привыкай. Согласно завещанию твоей матери, я твой опекун до двадцати одного года.

Мир вокруг меня сжимается до размера булавочной головки.

— Какой нахрен опекун?! Мне восемнадцать!

— И что? — он смотрит на меня как на надоедливого ребёнка. — Думаешь, совершеннолетие автоматически даёт тебе мозги?

— У меня есть мозги!

— Где? — насмешливо спрашивает он. — Покажи.