Её обижают? Ты поэтому провожаешь ее?
Халид молчит.
— Я не Аслан, Халид. Ты можешь мне рассказать всё что угодно. И это останется между нами. Родители не узнают, — сжимаю в руках салфетку. — И я действительно переживаю за тебя.
— Это неважно, что мы
из разных социальных кругов. Она всё равно моя.
— Я не сказал, что это не так.
Племянник опять замолкает и я чувствую себя каким-то тираном. Что тогда давил на Лию, что сейчас на Халида. Может так не надо? Я ведь наверняка перехожу личные границы. Но Халид ещё не настолько взрослый, чтобы самому разбираться в проблемах.
— У ее семьи большой долг. Брат в какую-то тему влез и прогорел. Задолжал деньги всем на свете. К ним и коллекторы ходят. И эти пи… — осекается. — Пацаны эти через Лизу пытаются деньги выбить. Они типа местной банды.
— Родители чем занимаются?
— Мама дворник, а отец инвалид. Не работает уже несколько лет вроде, — кусает губы. — И брат свалил, когда понял, что денег нет и отдавать нечего, — качает головой.
— Ну, допустим. А ты как там оказался? Где вы познакомились?
— На экскурсию одну ходили. Я со своей школой, она со своей. И всё. Увидел её и следил до дома. Узнал, где живёт, потом номер попросил. Ну и всё, — отводит взгляд.
— Ты следил за девочкой? Халид, это не есть хорошо, — сжимаю переносицу. — Ты не подумал, что Лиза могла испугаться?
— Так она и испугалась, — ухмыляется. — Только со мной бояться нечего.
Смотрю на него и пребываю
в шоке. Чисто гены Аслана, на лицо.
— И как давно это у вас всё? Ты просто провожаешь ее? — достаю телефон из джинсов, Лия написала сообщение.
Голова болит, посплю немного. Целую.
Не нравится мне это. Надо ехать домой. Набираю ответ, что скоро приеду и кладу телефон на стол.
— А что я ещё могу делать, кроме как провожать? — щурится.
Поджимаю губы, прячу улыбку. Это хорошо. Это очень хорошо, мой мальчик, что ты пока не думаешь о Лизе в другом ключе.
— Ну, в кино ходить, мороженое есть. Что ещё в вашем возрасте делают, — пожимаю плечами.
— Денег нет водить ее. Я всё отдал коллекторам в прошлый месяц. Да и всё, что на мойке зарабатываю, всё откладываю на этот платеж.
— Чего? Ты работаешь на мойке?
— Не говори отцу только, ладно? Он точно орать будет.
Халид не перестает меня удивлять.
Он учится практически до вечера, а потом ещё и работает?
— Почему не сказал отцу?
— Потому что он сразу начнет нудеть, что надо учиться, а не гулянками заниматься, — закатывает рукава свитера.
Это правда. У Аслана есть некоторый пунктик, что учеба на первом месте и ничего кроме этого не может быть.
— А София знает?
— В общих чертах. Не хочу волновать маму. Да и отец вечно рядом с ней, только что в туалет за ней не ходит. Не поговорить.
Усмехаюсь. Аслан стережёт свою жену всегда и везде. Даже в собственном доме.
— И ты из-за этого постоянно дерешься? — допиваю холодный чай.






