Мы жили сообща и были связаны нитями души.
— Что за нити?
— Ну... Это тоже самое, что связать каждого ирийца между собой длинными веревками - всегда знаешь, где найти своего родича. Только наши нити позволяют чувствовать, что переживает человек на конце нитки. Здоров ли он, живой ли он, радуется или плачет. Когда Белобог пришел в наш мир я удивилась, когда почувствовала чужую совсем незнакомую мне душу и ещё больше удивилась, когда поняла, что его никто, кроме меня не чувствует. Оказалось, что мои нити связаны не только с моими родичами, но и в целом, со всеми живыми существами. Когда проходили мимо твоего мира, я почувствовала огромный сгусток боли, который собрался темным облаком над всем Таамом.
Какие-то чудеса она рассказывала, что не то, что верить, ему даже представлялось все это с трудом. Может людям, жившим под этим самым темным облаком, оно и перестало казаться настолько темным, что и горе, и боль для них стало чем-то само с собой разумеющимся.
Может поэтому они и перестали этот сгусток замечать, а для той, кто к такому не привыкла, все это кажется скверной.
Марена почувствовала в нем неверие и недопонимание:
— Не веришь мне... Ладно, вот тебе доказательство: у тебя болит все тело и ноет душа, но уже не от своего темного прошлого.
Сварог улыбнулся ей, словно ребенку, который пытался уверить его в том, что только что он победил огромного зверя. Но тело у него действительно болело - не каждый же день его заставляли таскать на себе целые деревья.
— А от чего же?
— Ты в Ладу влюбился, — уверенно заявила Мара, смутив Сварога, — И случайно подслушал, что она любит твоего друга, а Белобог уже давно пленен другою... Ну и муть же у вас твориться. Запутаться, как раз плюнуть.
Сварог горько рассмеялся.
— О, не-ет! Только не он! — вдруг взвыла Марена, отчего он недоуменно на неё посмотрел. Мара оглянулась куда-то в сторону перелеска, он проследил за её взглядом. Они услышали чьи-то шаги в перелеске, откуда недавно вышел сам Сварог. Вскоре, перед ними появился Радегаст. Его радостную улыбку заменило недоумение и ярость, когда он увидел другого мужчину рядом со своей возлюбленной. Сварог почувствовал его недовольствие, напрягся сам и поднялся с места.
— А что это вы тут делаете вместе? Сварог, ты не успел к нам явиться, а уже на мою женщину зыришься?
На его женщину?
— На Марену что ли? — удивился он и посмотрел на Мару, которая испуганно перевела взгляд с него на Радегаста. Тот засучил рукава и размял свои руки. Сварог почувствовал, что намечается мордобой и, почему-то, азартно улыбнулся.
— Прекратите, идиоты, — сказала Мара, пытаясь их успокоить. Сварог взглянул на неё недоуменными глазами. А он-то тут причем? — Мы просто разговаривали, Радегаст, успокойся.






