— В конце концов, работник достоин своего вознаграждения.
— Лука, — кивнул Алекс. — Глава десятая, стих седьмой.
— Вижу, отец Клементин хорошо вас воспитал, — сказал Косгроув.
— Он также учил меня, что долг человека, заботиться о своих ближних, особенно о тех, кто не может позаботиться о себе сам.
— Значит ли это, что ты возьмёшься за моё дело? — спросил епископ Косгроув с лёгкой улыбкой.
Алекс кивнул.
— Я зайду в миссию и поговорю с братом Уильямсом, — сказал он. — Рядом с миссией есть какие-нибудь лагеря?
— Их слишком много, — подтвердил Косгроув. —
Брат Уильямс скажет вам, где ближайший.
— Хорошо, ваше преосвященство, — сказал Алекс, вставая. — Я поспрашиваю и посмотрю, что смогу выяснить. Возможно, мне понадобится пара дней, после чего я с вами свяжусь.
Епископ Косгроув поблагодарил его, и Алекс проводил его до двери.
— О чём это он? — спросила Лесли, когда епископ ушёл. После кофе и сигареты от Марни она, похоже, пришла в себя.
Алекс объяснил, в чём дело, и тоже закурил.
— Думаешь, что-то случилось? — спросила Лесли.
— Если ты имеешь в виду, что кто-то убивает Забытых, то я в этом сомневаюсь, — сказал он. — Убийцы оставляют за собой трупы, а в газетах ничего не пишут о том, что в морге прибавилось работы. Готов поспорить, что кто-то собирает группу, чтобы перебраться на зиму во Флориду. Я поспрашиваю в миссии, может, что-нибудь выясню. — Он направился обратно в свой кабинет. — И ещё я возьму несколько поисковых рун. Может, кто-то из сотрудников миссии оставил что-то, что поможет мне их выследить.
Алекс вырвал из своей красной книги рун страницу с руной хранилища и приложил хрупкую бумагу к языку. Влажная бумага прилипла к стене, когда он прижал её к нарисованному прямоугольнику, служившему своеобразной дверью в хранилище. Он поднёс к бумаге горящую сигарету, и она вспыхнула, сгорев дотла меньше чем за секунду. На стене остался серебряный треугольник, вписанный в круг. Внутри круга были начертаны крошечные рунические буквы, а вокруг каждой из трёх вершин треугольника, круги поменьше. В каждом из этих кругов была своя магическая руна, и руны и символы на мгновение засияли, а затем погасли.
Когда серебряная руна погасла, из оштукатуренной и обшитой вагонкой стены появилась тяжёлая стальная дверь, которая тут же заняла своё место, словно всегда там и была. В центре двери появилась латунная пластина с большим замочным отверстием, и Алекс достал большой ключ-скелетон, который хранил в кармане брюк.
Отперев дверь, он распахнул ее, и перед ним предстало его хранилище. Хранилище Алекса представляло собой
межпространственное пространство, созданное с помощью магии.






