Я так же аккуратно развернул ее под столом и, быстро пробежавшись глазами, перевел дух.
«Дорогие мои „Дайны“, — было написано там. — Я ужасно сожалею, но в этом году у меня не будет возможности
выступать с вами на дуэльном турнире. И вообще учиться, общаться и дружить, как раньше. К несчастью, у моих родственников оказались другие планы, на которые я никак не могу повлиять. Из-за них у меня возникли трудности, которыми я не в состоянии ни поделиться с вами, ни решить. У меня также нет возможности сказать вам лично, до какой степени вы классные и замечательные. Простите, если я вас сегодня обидела. Я всех вас очень люблю. И еще — передайте Адрэа, что он умница. Я сама не догадалась, что так действительно будет проще. Спасибо ему за все. Ваша Ания».
Уф.
Значит, дома все-таки она успокоилась, еще раз все обдумала и сообразила, что я нашел самый простой и самый быстрый способ выйти из непростой ситуации. Теперь Ания с легкостью сможет поддерживать дистанцию не только со мной, но и с ребятами. И уже не будет представлять ни для кого угрозы. Да и тану Эранду стучать ни на кого из нас окажется не в состоянии. В том числе и на меня.
Да, ее, конечно, могут вынудить пойти на примирение. Могут приказать попытаться начать все с начала. Типа прощения попросить, сделать вид, что ничего такого не было. Но, зная нашу королеву, я был уверен, что она сможет достаточно долго поддерживать облик оскорбленной в лучших чувствах лэнны и будет всячески противиться нашему сближению. Просто потому, что я дал ей прекрасный повод этого не делать.
— Ты чего хмыкаешь? — с подозрением осведомился Тэри, когда я закончил читать и, сложив бумажку, убрал ее в карман. — У Ании неприятности, а ты лыбишься, будто рад этому.
— Что она вам сказала на практике?
— Ничего, — хмуро ответил вместо Дэрса Нолэн. — Прошла мимо, будто никогда не знала. Ни с кем не поздоровалась. Проигнорила всех, словно мы чужие. Шонту во время спарринга специально зацепила и потом еще заявила, что та за лето стала неуклюжей и потеряла в скорости. Мне тоже гадость сказала. Тэри вообще чуть шевелюру не сожгла…
— А на перемене заскочила за мной в туалет, сунула записку
в руку и умчалась, — со вздохом добавила Шонта. — Я, конечно, ничего не поняла, но ясно, что у нее что-то случилось. И мы надеялись, что хотя бы ты нам что-нибудь объяснишь.
Я немного помолчал, не зная, сколько могу им рассказать.
— У Ании возникли трудности дома, — наконец произнес я, надеясь, что обойдусь намеками и полунамеками. — Серьезные. Она мне вчера на это намекнула. Прямо, правда, ничего не сказала, но дала понять, что ей временно придется держаться от нас подальше.
— Почему?! — опешила Шонта. — Мы же ей не враги!
— Ее родственники, видимо, так не считают, — замедленно произнес более подкованный в интригах Кэвин.






